Спаси нашего сына

Ему не нравится, когда я лежу на правом боку, и мне приходится поменять позу, повернувшись на левый.

— Так лучше, малыш? — я шепчу ему негромко слова любви, и сама не замечаю, как засыпаю.

Сон тяжелый, тягучий, и я бегу в нем бесконечно долго по темным мокрым улицам, и куда бы не сворачивала, везде упираюсь в тупик.

Вокруг меня высокие стены, не перейти — не перебраться, и живот вдруг становится совершенно огромным, в два, в три раза больше меня самой. Ноги подгибаются, не в силах вынести эту ношу, и я падаю назад, глядя в свинцовое небо над головой и понимая, что больше не в состоянии сделать и шагу.

Просыпаюсь резко от собственного крика, застрявшего в горле. Сон такой явный, что кажется, будто мне и вправду не хватало воздуха. Я лежу на спине, трогаю живот, чтобы убедиться, что он нормального размера, и дышу часто-часто, пытаясь восстановить дыхание.

Еще несколько мгновений уходит на то, чтобы понять, где я нахожусь. В сумерках квартира кажется совсем незнакомой, но осознание постепенно приходит.

Тетя. Квартира. Егор.

Прислушиваюсь: он так и не вернулся, и я не уверена теперь уже, что мы будем жить вместе. Наверное, у его черноволосой красотки есть собственное жилье, и вполне возможно, что пока я нахожусь здесь, они будут — там.

Мне становится неудобно от этой мысли, я не хочу быть никому обузой. И жить тут неизвестно сколько — одной, без телефона, без связи, без возможности открыть дверь и в любой момент выйти на улицу… Только вот куда я пойду? В моей собственной квартире сменили замок, еще немного и там будут жить совсем другие люди.

От скуки я иду на кухню и следующий час готовлю ужин. Домашняя рутина всегда отвлекает, а у Егора современная кухня и полный холодильник продуктов, из которых можно сварить, что угодно.

Пока тушится мясо, иду в душ, не зная, как потянуть еще время. Открываю кран, снимаю с себя платье, выглядящее после сегодняшнего побега не лучшим образом, скидываю белье. Нужно что-то придумать с запасной одеждой, а пока, наверное, постирать быстро эту, другой-то у меня нет.

Я переступаю одной ногой через бортик ванной и не слышу, как открывается дверь позади меня.

Только порыв ветра заставляет обернуться и замереть, забыв о собственной наготе, когда я вижу лицо застывшего напротив Егора Баринова.

Глава 21. Егор

Черт бы побрал этого Дениса со своими неотложными делами.

А может, оно и к лучшему.

Этот поцелуй… он не хило так все усложняет, мать его. И хорошо, что нам помогли вовремя остановиться.