Ничего опасного тут нет, — попытался он меня успокоить.
Я решила, что немного отдохну и вернусь. Зато когда поднялась на поверхность, Рона сразу передала мне письмо — судя по витиеватой подписи на конверте, от Зинаута Карнаги. Не зря я совсем недавно вспоминала про шляпки. Их наверняка уже отшили!
В послании мастер просил меня присутствовать на презентации новой коллекции.
“Так как вы пропустили предыдущую, то эту вам всенепременно нужно посетить. Ваше лицо, ваш образ — это визитная карточка нашего салона.
Без вас я как художник без музы. Это совершенно невыносимо!”
— А это не может быть очередная уловка от Скульптора? — поинтересовалась Рона. — В прошлый раз он ловко тебя подловил.
— Второй раз я на это не куплюсь. Возьму побольше охраны и сначала заеду в дом мастера Карнаги. Справлюсь о его делах. Удостоверюсь, что он и правда в лавке.
Признаться, не очень-то мне хотелось лишний раз мелькать на глазах светской публики — после того, что случилось с Лестером. Но если я махну рукой на дело, к успеху которого так долго стремилась, это будет просто фатальной ошибкой.
Мне не удастся отмахнуться от мастера Карнаги эскизами — в них не будет души.
Наполненная подобными размышлениями, я впервые с дня свадьбы села рисовать и провела за этим занятием весь вечер после ужина. Отец отправился к себе — разбираться в схемах, которые накидал в книге. Я же вместе с Ниной подготовила подходящую одежду на завтра и отправилась спать.
Утром встала с постели вдохновлённой — но ровно до того момента, пока не вспомнила, что сейчас Лестер проснулся в камере, на жёсткой койке, а вместо вкусного завтрака у него наверняка какая-то гадость.
После презентации снова попытаюсь к нему попасть. Когда-то же Рой должен сдаться!
Как я и обещала себе, сначала заглянула к мастеру Карнаги домой. Оказалось, он с самого раннего утра в лавке вместе с дочерью. На подъезде к ней скопилось немало экипажей, что затруднило проезд по улице. Светские дамы и молодые девушки в самых модных нарядах медленно вплывали в приветливо распахнутые двери.
На входе их встречала дочь мастера с небольшими сладкими комплиментами на подносе.
— Мисс Рейнфрид! — образовалась она, едва меня завидев.
Всеобщий галдёж прекратился как по команде. Степенно гуляющие по залу женщины, как одна, повернулись в мою сторону. Я взяла с подноса небольшое — на один укус — печенье и быстро отправила в рот с самым непринуждённым видом.
