Спасти своего врага

Альву пришлось подчиниться, однако в душе он настолько противился связи с незнакомой человеческой девушкой, что даже отказался смотреть на ее портрет. Какая разница, если у него все равно нет выбора! Он женится и на уродине, если это в интересах государства.

Позже любопытство и волнение взяли верх, и Альв взглянул на миниатюру, которую ему прислали из Андера. У кирнари Хель были длинные светлые волосы, почти такие же, как у дев из его народа, и милое личико. Но, даже находя свою будущую невесту вполне привлекательной, принц все равно испытывал к ней неприязнь.

Не потому что она человек, а оттого что эту особу ему навязали.

Он не желал узнавать ее лучше. Не хотел читать ее письма. Его охватило какое-то дурацкое мальчишеское упрямство.

Пока отец вел свою игру, Альв плыл по течению, притворяясь будто никакой Хель Теннет не существует. Просто взял и спрятал голову в песок.

А потом его невеста приехала в Йолин и…

Принц не заметил, как задремал.

Ему снилось, как в своей комнате он прихорашивается к свадьбе.

Вот он чистит сапоги, надевает элегантный камзол, специально пошитый к церемонии, и придирчивым взглядом окидывает свое отражение в зеркале. Затем он кивает самому себе, довольный увиденным, и идет в храм.

А по дороге с ним случается то, что ломает ему жизнь.

Разбудил Альва грубый тычок в спину и громкий голос над ухом. Кто-то с силой тряс его за плечо и что-то орал.

Принц не сразу сообразил, где находится. Несколько секунд перед его затуманенным взором стояла картина из сна: его пальцы смыкаются на дверной ручке.

Потом зрение прояснилось, и Альв понял, что над ним нависает Крепкий Сол. Его обычно добродушное лицо сейчас было искажено гневом.

— Ах ты паршивец! — вопил управляющий вне себя от ярости. — Как ты мог такое сделать! Как тебе не стыдно! Не ожидал от тебя! Подлец!

Альв нахмурился, не понимая, в чем его обвиняют.

Что случилось? Почему Сол орет как ошпаренный? Когда Альв успел в чем-то провиниться? Все это время он не выходил из спальни, даже не вставал с кровати.

А теперь встал. И управляющему пришлось посторониться, дав ему места.

Сол накричался и выдохся, но кровь ярости еще не отхлынула от его лица. Дряблые щеки старика подрагивали от возмущения.

— Упрямый, вздорный мальчишка! Бунтуешь? Никак не можешь смириться с новой жизнью?

Альв решительно ничего не понимал.

— Да объясни же в чем дело! — процедил он, с неприязнью ощущая на себе чужие любопытные взгляды.