Сплошная лебедянь!

Или… Или она хотела убедить меня в том, что я виноват в этих синяках, а на самом деле ими ее наградил кто-то другой? Да-да, она что-то подсыпала мне в вино, какое-то снотворное, я задрых без задних ног, а утром она мне рассказала всю эту хрень! Но тогда… Значит, она уже мне изменяет и, похоже, считает полным идиотом? А разве я не полный идиот, если женился на такой? О, тут открываются роскошные перспективы… Если обнаружить этого таинственного любовника, можно спокойно развестись.

Припереть ее к стенке и выгнать вон… и не чувствовать себя виноватым, и Яська моя не будет чувствовать себя виноватой. Но если Дина и впрямь мне что-то подсыпала в вино, то что ей может помешать и вовсе меня отравить, если она что-то заподозрит?

– Ванечка, иди завтракать!

– Не знаю, не хочу и все! Я сегодня попозже поеду!

– Ну, тогда я побегу, чтобы не опоздать с этими пробками.

Она чмокнула его в щеку и убежала. А он отправился на кухню и открыл посудомойку.

Чувствуя себя героем детектива, он вытащил из машины два вчерашних бокала со следами красного вина. Посмотрел внимательно. На одном имелись явные следы губной помады. Он поставил его обратно, а второй бокал завернул в бумажное полотенце и сунул в кейс. Если она не вымыла бокал, значит, отравить меня она не собиралась. А только маленько усыпить… Да, Иван Алексеевич, умеешь ты устраиваться. Он сварил себе два яйца, сделал кофе, и с удовольствием позавтракал в одиночестве. Потом позвонил старинному приятелю, работавшему на Петровке 38.

– Нешто сам господин продюсер? Чего вдруг?

– Яш, просьбочка! Мне интересно, есть ли у одной дамы криминальные наклонности.

– Давай не по телефону. Может, я заскочу на минутку?

– Бокал. Мне вчера дали бокал вина, и я почти сразу вырубился, да так, что ни хрена не помню. Дама мне какие-то небылицы плетет, а мне что-то слабо верится.

– Дама это твоя жена?

– Яша, я ничего такого не говорил!

– Да ладно, сам не дурак! Ты подъезжай, а я спущусь к тебе.

Знаешь, где остановиться?

Яков Фейгель, работавший экспертом на Петровке, был его школьным другом еще по Новосибирску. В свое время именно Иван помог ему устроиться на Петровку. Они в силу разных обстоятельств встречались нечасто, но всегда очень душевно.

– Ох, Ванька, ты такой шикарный тип! – покачал головой старый друг, залезая к нему в машину.