Спорим, будешь моей

Дикарка дышит все тяжелее. Разрывает пространство частыми охами, вибрирующим мычанием, тонкими стонами и высокими всхлипами. То и дело дергается подо мной. А когда соскальзываю с груди на выступающие ребра, не прекращая подрагивать, вдруг сжимает бедрами мои бедра. Подозреваю, что инстинктивно тормознуть пытается, а вместо этого усиливает контакт. Мой член попадает аккурат ей между ног. И там у нее не только жарко, но и влажно.

Сцепляю зубы, но это не останавливает мой стон. Он получается сдавленным и каким-то виляющим.

Слишком разные ноты выдаю, никакого такта.

Лиза тоже стонет и, кажется, вообще никак себя не контролирует. Временно теряет весь свой стыд. Летает Дикарка. С ней хочу. Из последних сил держусь, чтобы не сдернуть эти мокрые трусы. Чувствую ведь, как соки ее возбуждения пропитывают не только ткань, но и на мой член попадают. Впитываю кожей. Втягиваю носом. Торчу необычайно. Снова крышу срывает и пережигает проводку. Троит и ведет тотально. Впиваюсь ртом в нежную кожу, захватываю губами, кусаю и прокладываю влажную дорожку от бока до бока.

Спускаюсь на отчетливо дрожащий живот. Лиза дергается, цепенеет и издает ряд коротких надсадных звуков. Резко вскрикивает и останавливает меня лишь, когда пробую скатить губами ее трусы.

– Нет… Не надо, пожалуйста… Иначе я умру…

Господи, если бы я мог рассмеяться! Она ведь на полном серьезе выдает эту дичь. Поднимая поплывший взгляд, старательно фокусируюсь на ее перепуганном лице.

– От этого еще никто не умирал, – отрезаю я, предполагая, какие страшные, адовые муки моя Дикарка мысленно рисует.

– Впрочем, и не рождался. Если я поцелую тебя там, ничего ужасного не произойдет. Это безопасно. И приятно.

– Нет… Ты что?.. Не дай Бог!

Шумно втягиваю носом воздух и отвожу взгляд. Ненадолго. Прикидываю, что будет, если сдерну с нее трусы силой. Удастся успокоить и переубедить? Или все же доведу до паники?

– Ладно… Дай мне минуту, – выдыхаю это и, приподнимаясь на вытянутых руках, перемещаюсь на свободную половину кровати.

Сажусь, опираясь спиной на изголовье. Откидывая голову, прикрываю глаза и замираю.

– Артем… – долетает до меня тихий шелест. Если честно, не думал, что Лиза после всего станет инициировать какой-то разговор. – Ты сказал, что покажешь мне, как справляешь… И… Начал целовать и трогать… Так ты справляешься?.. – в этот момент ее голос звенит от сдерживаемых слез. Твою ж мать… Резко распахиваю глаза.