Спорим, будешь моей

Артем показывает мне ванную, вручает полотенца и оставляет одну. Сам, очевидно, в тоже время занимает вторую ванную комнату. Встречаемся примерно четверть часа спустя в выбранной им спальне: разгоряченные после душа, влажные и слабо прикрытые полотенцами.

Я моментально краснею, но взгляд от него не отвожу. Он меня тоже жадно рассматривает.

– У меня нет пижамы… – шепчу, взволнованно сжимая махровые уголки.

– Зачем тебе пижама? – выдыхает Чарушин.

В его глазах такая темнота клубится, что я сама едва дышу.

– Мне ведь нужно в чем-то спать… – выдвигаю очень неуверенно.

Артем кивает. Я вздыхаю.

Напряжение отпускает. По телу дрожь отходняка сбегает.

Потому что… Чарушин просит:

И в тоже мгновение откидывает свое.

Я смущаюсь сильнее, чем в первый раз. Особенно, когда понимаю, что он уже возбужден.

«Я другая…», – напоминаю себе.

Я здесь, потому что люблю его… Я здесь, потому что хочу быть счастливой…

После этого самовнушения позволяю себе рассматривать Чарушина… Позволяю себе чувствовать… В этом нет ничего постыдного.

Он красивый, мощный, сексуальный, раскрепощенный, свободный. Он мужчина.

И я хочу, чтобы он был моим мужчиной.

Отрывисто дыша, развожу края полотенца. Оно тотчас становится непосильно тяжелым и буквально вываливается из моих рук.

Вот и все… Я абсолютно голая. Абсолютно.

Шумно выдыхаю и замираю.

Перехватываю взгляд Артема – током прошивает. Он так смотрит, что никаких ни слов, ни ласк не надо – я ощущаю его желание. Особенно, когда Чарушин стопорится в районе моего лобка. Так мощно вздыхает, что плечи поднимаются и грудь раздувается.

Мое сердце срывается. Развивает такую скорость, что кажется, на ходу вырабатывает электричество. Наматывает максимум, пока не вспыхивает ярким пламенем.

– Можешь, пожалуйста, лечь на кровать… – хрипит он очень низко.

Я не знаю, вопрос это или просьба. Однако, киваю и иду. Ложусь и цепенею. Ненадолго. Потому что, стоит поймать темный взгляд, который в буквальном смысле касается моей раскрывшейся плоти, меня начинает трясти.

Это Артем… Все будет хорошо… Он никогда меня не обидит…

– Замри, – приказывает внушительно, когда я все же порываюсь свести бедра и закрыться.

Сознание захватывает понимание, что я сама не знаю, как именно выгляжу там… Это кажется странным и очень интимным. Никто никогда, включая меня саму, меня там не разглядывал.

Только Чарушин получается… Только он…

Я не шевелюсь, пока Артем не накрывает меня собой. Тогда вздрагиваю. Встречаемся взглядами, и уже непрерывной дрожью расхожусь.