Спорим, будешь моей

Кому и зачем? Не соображаю. А потом и вовсе… Тело пронизывает резкой и размашистой, словно огненная стрела, молнией, когда Чарушин заявляет: – Я хочу тебя попробовать…

Еще до того, как спускается лицом мне между ног, понимаю, о чем говорит. Не знаю, каким образом догадываюсь, ведь я о подобном и слышала-то только мельком. А сейчас… Прямо сейчас… Артем широко раздвигает мои бедра, толкает колени вверх и прижимается к моей влажной плоти ртом.

– Подожди… – удается с трудом прошептать.

Я приподнимаюсь на локтях. Он вскидывает голову.

Жар. Запахи. Учащенное дыхание.

Порок… Порок… Порок...

– Я должна буду сделать тебе так же? – выдавливаю то, что в этот миг волнует.

Ответ в его глазах читаю. Они становятся буквально безумными.

«Сосет, наверное, хорошо…», – мозг взрывают давние воспоминания.

– Мне бы хотелось… – признается, как всегда, откровенно.

Конечно, ему бы хотелось. Вижу. И даже чувствую.

– Но, нет… Ты не будешь должна, – заверяет чуть глуше.

И я ему, безусловно, верю.

– Хорошо… – и падаю обратно на спину.

В следующую секунду, с зарождающимся где-то очень далеко, в самой глубине души стоне, выгибаюсь…

На самом деле, когда Артем касается ошеломляюще чувствительной плоти языком, меня пронизывают такие сильные импульсы удовольствия, что я едва сознание не теряю. Выгибаюсь и на долгий миг цепенею. А потом… Мое тело трещит, как перезаряженная энергетическая единица.

Сорвавшиеся было стоны, быстро сменяются потрясающе громкими вскриками. Я сгребаю ладонями простыни и на самой высокой амплитуде, которую, оказывается, способно взять мое тело, рассыпаюсь острой дрожью.

Я не понимаю, что происходит… В режиме онлайн и нон-стоп узнаю, что человеческий организм напичкан таким огромным количеством нервных окончаний, которые отзываются и включаются в работу с безумной скоростью и потрясающей яркостью.

Я сама себя ослепляю, поражаю током, привожу к катастрофе… Никакие предохранители не активируются. Только физиологическая сирена бомбит – сердце. И то с перебоями. Рисуя нездоровую линию ритма.

Задыхаюсь вполне сознательно. Когда Артем вылизывает чувствительные лепестки моей сокровенной плоти, то и дело добирается до жаждущего внимания бутона и бьет его кончиком языка, нет никаких шансов, чтобы сохранять ровную частоту дыхания.

– М-м-м… – это самые тихие звуки, которые из меня выходят.

По большей части разрываю сгустившееся пространство стонами, криками и настоящими всхлипываниями. Я плачу? Плачу от удовольствия? Наверное… Не хватает сил для анализа.