Спорим, будешь моей

Надо отдышаться, собраться с силами… Ну соберусь, и что? Что дальше? Украсть ее, что ли? Куда? Да пофигу! А если не поедет? Да как не поедет? Моя же. Моя!

– Лады, – выдыхаю и поднимаюсь. – Погнал я… Если что, звоните, – пячусь к двери, маячу иллюзорной трубой. – Завтра заскочу. Все, что надо привезу.

– Давай, – выталкивает Бойка.

И сразу же залипает на своей Любомировой. Лижет ей щеку, пока она со смехов выворачивается, чтобы попрощаться со мной.

– Пока, Артем… Спасибо тебе!

Ржу, конечно. И все же отсмеявшись, за дверью выдыхаю с каким-то облегчением.

– Ты это… Здоров, – бубнит он, натягивая кулаками карманы дырявых джинс. – Отойдем? Перетрем?

– Че тереть? – выталкиваю сходу агрессивно. Все еще бесит меня его рожа, хоть и покаянная. – Че тереть теперь, а?

Но в сторону с ним все же отхожу.

– Спросить хотел… – мнется Тоха нехарактерно. Непривычно, конечно. У него же вся жизнь на горючем вайбе. А тут стоит, слова подбирает. – Как… В общем, как у тебя с Богдановой?

– До сих пор дуется?

– Не в этом дело… То есть, не только в этом.

– Ну, хочешь, я ей позвоню, объясню…

– Не поможет, – отрезаю, морщась.

Стоит только представить, что кто-то другой за меня перед Лизой мазу тащит, тошно становится. Мне дно может уже и по колено, но еще не по плечо.

– И че? Может, это пройдет? – рассуждает Тоха мрачно.

Догоняю, что «это» в его запаренном тексте – та самая любовь, о которой он типа что-то там знает.

– Мне, блядь, откуда знать? Других я не любил, – выкатываю типа навеселе.

На самом деле, прекрасно понимаю, что ни хрена «это» не пройдет. Просто не готов сейчас выворачивать душу и доказывать, что в моем случае все серьезно.

– Засада, – выдыхает Шатохин.

По правде, на него и злиться долго не получается. Зная, в какой атмосфере он вырос… У матери один за другим разные ебари, у отца в не меньшем количестве свои шмары. И все это в открытую. В их доме, в том числе.

Странно бы было, если бы Тоха не вырос тронутым на сексе мудаком.

Я даже догадываюсь, почему его так кошмарит, когда кто-то в кого-то влюбляется. Он ведь именно нашу пятерку своей семьей считает, а тут Бойка отстегнулся, за ним и я… Естественно, Шатохину нереально это спокойно переварить.

– Все путем, – выдыхаю тяжело.

Похлопывая по плечу, даю знать, что бесит он меня уже значительно меньше.