И все повернулись в мою сторону, а потом и выжидательно затаили дыхание.
— Меня зовут..., — голос сломался от нервной дрожи, прошившей тело.
— Не имела намерения узнать столь убогий факт, — рассмеялась Марта и ей дружно аккомпанировали подружки, но я всё же скрипнула зубами и договорила.
— Вероника."
"— Оу, думаешь мило познакомиться со мной? — провела она языком под нижней губой и удивлённо захлопала ресницами.
Я не знала, что на это ответить. И уж тем более не тогда, когда вокруг уже зазвучали первые уничижительные смешки.
— Или реально веришь в то, что можешь стать одной из нас?
— Я же извинилась, — задохнулась я от паники, совершенно не понимая причин столь сильной агрессии в мою сторону.
— Слышь, Марта, — рассмеялась блондинка Стеф, — она извинилась.
— Да, Марта, отпусти ей все грехи, — присоединилась к веселью подруг и кудрявая Реджи.
— Х-м-м, решение, решение..., — постучала по пухлой губе наманикюренным пальцем Максимовская, а затем в два шага подошла ко мне почти вплотную.
Смерила меня взглядом, полным насмешки и пренебрежения.
А затем подняла руку и со всей дури влепила мне звонкую пощёчину, почти сбивая очки с лица.
Я охнула и тут же прижала ладонь к вспыхнувшей огнём щеке. И прикусила себе язык, чтобы не расплакаться.
— Ну, Вероничка, чего же ты не смеёшься? — Марта нависала надо мной и рубила словами, но и её закадычные подружки не остались в стороне.
— Это же шутка! — захлопала в ладоши и рассмеялась кудрявая Реджи.
— Очень смешно! Да, девочки? — крикнула Стеф и все, за исключением одной-единственной Дины Шевченко, которая смотрела на меня с неприкрытой жалостью, тут же принялись покатываться со смеху, пока мне в лицо Марта продолжала ядовито цедить слово за словом.
— Что, не смешно, Туша? Но как ты можешь быть одной из нас, в таком случае, м-м? Смейся! Смейся громче, иначе в следующий раз шутки будут ещё веселее!
После этих слов моя и без того шаткая броня, окончательно дала трещину. Я кинулась к своему шкафчику, вырвала оттуда рюкзак и пулей бросилась вон из раздевалки, получая в спину до боли обидные оскорбления:
— Тупая овца просто шуток не понимает.
— Да куда ей, убогой?
— Примитивное создание...
И всё в том же духе, пока их голоса окончательно не стихли, а я всё продолжала с вырывающимися из груди рыданиями бездумно бежать по школьным коридорам, гонимая страхом, обидой и оскорблённым самолюбием.
Пока неожиданно не услышала позади себя ЕГО голос.
— Истома...
