Но на урок всё же опоздала, правда, Анастейша Сергеевна, по паспорту обычная Аннушка, наша учительница по английскому, была божьим одуваном, а потому лишь мило мне улыбнулась и позволила занять своё место, продолжая распинаться о фразовых глаголах.
Я скользнула за парту и перевела дух, игнорируя новый поток колючих взглядов и перешёптываний с ядовитыми ухмылками. Да, я превратилась в аутсайдера, но старалась всеми силами не зацикливаться на этом удручающем факте своего настоящего.
Однажды школа закончится, и взрослая жизнь расставит всё по местам.
— Ник, ты чего? — шепчет мне Дина.
— Ничего, — качаю я головой, а сама, кончиками пальцев, губы трогаю.
— Странная ты какая-то. Опять, что ли, Марта прицепилась? — хмурит брови Шевченко, а я улыбаюсь.
— Я была всю большую перемену в библиотеке. Сомнительно, что эта девица в принципе знает её расположение, — выдала я, и мы обе закрыли лица учебниками, скрывая смех.
Вообще, это было чудесно, что в моей жизни появилась подруга. Любая беда размывается и из чёрной кляксы превращается в серое пятно, когда можно просто посмеяться над своими сложностями.
Сразу становилось легче дышать и не так страшно было смотреть в туманное будущее.
— Спасибо тебе, — отсмеявшись, стиснула я пальцы девушки.
— За что? — хрюкнула та от смеха и снова подавилась весельем.
— За то, что ты есть у меня.
— П-ф-ф, — дурашливо закатила глаза Дина и мы снова захихикали, пока Анастейша Сергеевна не пожурила нас за наше неподобающее поведение и не вызвала к доске подругу склонять глаголы.
А уже перед следующим уроком истории, перед самым входом в кабинет, ко мне подошла девочка из младших классов и протянула розовый конвертик, мило улыбаясь и по-доброму заглядывая в глаза.
— Это вам, возьмите.
— Мне?
— Угу, — сунула мне в руки послание и убежала.
А я села за свою парту и, не выдержав любопытства, украдкой, чтобы не видела даже Дина, открыла конвертик и заглянула внутрь. Там оказалась открытка. И не простая, а в форме сердца, с нарисованными на ней персонажами из всем известной жевательной резинки.
Мальчик и девочка, держась за руки, сидели на скамейке и смотрели, как солнце тонет в море.
Открыла. Замерла. Напоролась взглядом на, написанные угловатым почерком, слова. И прикрыла веки, выхватывая тёплый удар в грудь.
«Ты нравишься мне Вероника! Я будто бы теряю голову при виде тебя и кажется перестаю дышать. Ты моя судьба!
Твой Хулеган».
В последнем слове допущена ошибка — оно написано через букву «е».
