Спору нет!

Михаил мог бы рассказать жене, что проспался в кабинете Артема, так звали хозяина клуба, потом выпил с ним и его братом кофе, поставивший мозги на место. Но Ломакин, хоть и понимал, что прошлая бессонная ночь оказалась в жизни Томы не самой лучшей, не счел нужным извиниться.

– Ты представляешь, что я пережила? – заломила она руки и снова повторила: – Где тебя носило?

– Ну… – Ломакин почесал репу и задумался на минуту, а потом выдал:– Я же обещал тебе перед свадьбой незабываемые ночи, помнишь? Вот и сдержал слово.

– Подонок! – Томка подскочила, пытаясь залепить пощечину. – Где ты был?

Ломакин отступил в сторону, и жена, пролетев по инерции пару метров, чуть не врезалась в стену.

– Я-то? – переспросил, сияя как пятак, Ломакин. – С Нинкой бриллианты делили…

– Так и знала, что они у нее! –выкрикнула Тома и осеклась, понимая, что выдала себя.

– Нет, милая, – снисходительно бросил Михаил. – Их там и не было. Вот только зачем тебе понадобилось подставлять мать моего сына?

– Она знает, что это я? -вскинулась Тамара.

– Догадалась, – поморщился Ломакин.

– Нина заподозрила меня и с присущей ей прямотой спросила. Но я и сам уже догадался, кто такая Риоха. Это же твоя дурная Колымагина. Поменяла фамилию и стала Ри-о-ха. Можно подумать, это ей помогло!

– А ты-то тут при чем? – мотнула головой Томка. – Дом через сайт сдал.

– Ты, милая, дурная или прикидываешься? – с издевательской усмешечкой поинтересовался Ломакин.– Если твоя Анька во всеуслышание заявила, что думала сбыть бриллианты через мужа подруги, связанного с криминалом, то ясное дело.

– У нее полно подруг, – скривилась жена и сразу сделалась некрасивая и старая. – Что это доказывает?

– Голова, – хмыкнул Ломакин. – Не понимаешь, что ли?

– Нет, – уставилась на него Томка.

– Этот же человек должен быть и в окружении Нины. А среди ее знакомых и родных только у меня в той среде полно приятелей.

– Все просто, – охнула Тома.

– Да, – отмахнулся Ломакин. – Как ты могла? Что ты себе возомнила? – Он посмотрел задумчиво на молчавшую жену и, отчаявшись получить ответ, бросил: – Хотя.

– Это все ты виноват! – заорала Тамара. – Всегда Нина! Везде Нина! На праздники ты едешь к ней! Вечерами у нее пропадаешь! Про деньги вообще молчу.

– Да, – кивнул Ломакин. – Отчасти моя вина. Но из-за дурацкой ревности не стоило подводить мать моего ребенка под серьезную уголовную статью. И лезть к Нине не стоило!

– Опять ее защищаешь!

– Я люблю ее, – рыкнул Ломакин.