Спору нет!

– Молодой человек, – окликнула Дениса маленькая щуплая продавщица. – Купите своей девушке цветы!

– Обойдется, – пробурчал он себе под нос и дал по газам.

– Вот козел, – незлобливо всплеснула руками продавщица, глядя вслед удаляющейся машине с черной разъяренной пантерой, красующейся на запаске.

Весь путь до офиса Денис злился. На себя. На Шурку, на Нину. Почему-то,когда предложили купить букет, он, отмахнувшись, подумал о Шурке, а представил Нину. И снова увидел ее растерянное лицо.

«Похоже, мадам Тарантуль на время отстегнула свои стальные яйца», – мысленно усмехнулся он.

И тут же понял, что Нина вовсе не алчная щука, а принципиальна до мозга костей.

«Зачем ей понадобилось выходить замуж за деда? Почему он никому не представил Нину как свою жену? Такие люди, как Арахна, не станут тратить даже год своей жизни на ухаживания за чужим стариком,дабы заполучить его собственность. Нужно узнать всю подноготную этой странной женщины и понять наконец, с кем мы имеем дело!»

«Что это было? – у самой себя поинтересовалась Нина.

– Что случилось, моя хорошая, что ты изволила застыть аки соляной столб, увидев придурашливого внука? Тоже мне, нашлась жена Лота», – мысленно усмехнулась она, силясь прогнать куда подальше образ Дениса Цесаркина, стоявшего на парапете в серо-голубых, идеально отглаженных брюках и белой рубашке.

«Красивый черт, – про себя сокрушалась она. – Но не по твою душу! Во-первых, он враг, а во-вторых, родственник Кости Цесаркина и прочих неадекватных личностей. А в – третьих, – попробовал вмешаться внутренний голос.

– В-третьих – тоже враг», – прервала диалог Нина и попробовала сосредоточиться на работе. Итак, клиенты из Новосибирска прислали рекламацию на партию гобеленов из серии «Города мира». Как получилось, что на мозаиках венецианского собора Сан-Марко вдруг оказались черные, а не золотые нитки? И сам собор теперь смотрелся словно сарай какой, а не главный храм Дожей. Нина с самого утра ругалась с техническим директором, лично бегала в цех смотреть на нитки в станке и, так и не поняв ничего, поспешила к себе, по дороге хладнокровно решив повесить все издержки за брак на производство и отдел закупок. И только эта дурацкая встреча с Цесаркиным вывела ее из себя. Заставила затрепетать сердечко, надежно спрятанное под толстой броней равнодушия и цинизма. Глубоко вздохнув, на ватных ногах, Нина ввалилась в комнату отдыха для випов и рухнула в кресло. Потянулась к лежавшей на столе пачке и, достав сигарету, прикурила.