Срок для Бешеного

 — Думаю, что к семи успеешь заехать за Ларисой! — Он хитро подмигнул:

— Свадьба-то когда будет?

— Да мы… как-то… — Савелий смутился от неожиданного вопроса и добавил: — Встану на ноги, тогда и…

— Это ты правильно решил! — кивнул седой. — Не забудьте старика пригласить!

— Не забуду, Володя Андреевич! — серьезным тоном пообещал Савелий.

Похлопав его по плечу, тот быстро вышел. Савелий огляделся по сторонам и начал выруливать во второй ряд. В зеркало заднего вида он заметил, что старик и не подумал заходить в банк: постояв немного, провожая взглядом его машину, он медленно направился по тротуару…

ОСТАВЬТЕ МЕНЯ В ПОКОЕ!

— Кем тебе доводится Петрова Лариса Алексеевна? — снова спросил капитан Зелинский, глядя на Савелия в упор, и добавил: — А я знаю, почему ты не стал писать кассатку…

Он понимал, что Савелия потрясет то, что он узнал от своего приятеля из Москвы.

Понимал, но, не смягчая, рассказал обо всем, надеясь, что, может, тогда он поймет, кого решил покрывать своим молчанием. Может, тогда задумается о своей жизни, о своей судьбе? Поймет, стоит ли таких жертв эта женщина?. .

Насупившись, Савелий несколько минут смотрел на капитана, в его глазах промелькнула ненависть.

— Это никого не касается! — Он отвернулся и снова замолчал.

«Неужели он так любит эту женщину? Неужели именно из-за нее пошел на такие жертвы?» — думал Зелинский. Капитану стало искренне жаль этого парня, такого сильного и такого слабого…

— Савелий… — тихо начал он, но того неожиданно прорвало:

— Господи! Зачем вы мне все это… Оставьте меня в покое!.

. Оставьте!.. И он быстро пошел к выходу. Зелинский хотел остановить его, вскочил, но, вздохнув, молча сел на место…

Из кабинета Савелий вышел раздраженный и взбудораженный. Чего надо этому менту? Ишь, нашелся какой! Ласковый, доверчивый, въедливый! Вынюхивает, выспрашивает… Душу распахивает: пожалей меня, мы же солдаты! Врешь, капитан! Это я солдат, а ты и ТАМ был местом! И ТАМ ты решал наши судьбы! Был ментом и остался им! Спрятался, как же! Проворовался, видно, вот и кинули в эту дыру! Неймется, тихой сапой в душу лезет! Благодетель! Обойдемся как-нибудь… Савелий подошел к своему напарнику, который снова дремал, и грубо толкнул:

— Чего не пашет пресс? Один не мог загрузить, что ли?

— Да что ты, — Бешеный, всю партию прогнал! — обиженно отозвался паренек, протирая глаза.

 — Часа три перекур: ОТК стенку шкафа забраковал… Так что и ты покемарь!

— Ну, хорошо, молоток! Отдыхай, и я пойду, прихвачу часок-другой.

— Я толкну, коли что.