Я хотел тебя увидеть — поэтому приехал. Я хотел тебя целовать — и поцеловал.
На время утолив жажду, снова выруливаю на автостраду. Теряясь в потоке машин, накрываю Анину ладонь своей, переплетая наши пальцы, и довольный продолжаю двигаться в заданном направлении. Мне плевать, что будет дальше. Но пока я не получу то, о чем мечтаю, не успокоюсь.
По дороге к загородному дому я не перестаю удивляться тому, как природа распорядилась с погодой. Вчера было пасмурно, и только к вечеру небо очистилось от туч. А сегодня солнце, выглянувшее из-за густых облаков, осветило все вокруг таким ярким светом, что даже пришлось спрятаться за темными очками, чтобы не ослепнуть.
— Приехали, принцесса, — загоняя тачку под крышу, глушу мотор.
Мы выходим из машины и, забрав пакеты с продуктами и прочим барахлом, идем в дом, где толпа молодежи уже вовсю накрывала на стол и веселилась под громкую музыку.
— О-о-о… Какие люди! — тянет Глебарь, увидев нас с Аней вместе. — Так вы… — бегая глазами, потирает друг от друга указательные пальцы, — Того…
— Нет! — тут же пресекает все догадки Аня и сразу ретируется от меня к подругам.
— Распаковал малышку? — спрашивает Глеб, разглядывая задний вид отдаляющейся новенькой.
— Да пошел ты! — опуская пакеты, выкатываю Данилевскому сразу два средних пальца. — Но если еще раз на нее посмотришь, могу что-нибудь сломать.
Я люблю подобные уик-энды за непринужденную обстановку. Здесь мы можем общаться, бухать и трахаться. В этом огромном доме так много спальных мест, словно этот дом хозяева проектировали именно под блядские тусовки молодежи, где в конце вечера выпившие парочки уединяются для случайного перепихона.
Мне, конечно же, этот самый случайный перепихон, судя по поведению новенькой, сегодня не светит, потому как Аня весь вечер бегает от меня. За столом садится подальше, во время игр на улице предпочитает тихо ютиться на качелях, пялясь в телефон, а когда вечером мы собрались у костра, расслабленно потягивая пиво, она и вовсе собралась уйти в дом.
Что за дикость, мать вашу?
— Ты можешь остаться? — торможу новенькую, когда она проходит мимо меня.
— Я… — отшатываясь, Тихая прижимает руки к груди, чтобы мы не соприкоснулись телами.
— Ань, только не говори, что уже спать собираешься. До рассвета еще как минимум часа четыре.
— Я… Я пойду лимон нарежу и вернусь.
Лимон она нарежет… Ага, как же. Знаю я этого трусливого зайца.
Выждав пару минут, убираю в сторону бутылку с пивом и иду за новенькой.
