Староста моей мечты или Я не буду тебя целовать!

Правда, на практике он это проверять точно не планирует, боже упаси!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вот только Яру у него увели однозначно. Причем, даже непонятно, каким макаром.

Вернувшийся друг ставит перед ним новую порцию пива и тарелку с пиццей. После чего хитро щурится, намекая на то, что его вопрос все еще в силе.

- Иди нафиг, Влад, - искренне и от души пожелал ему Хованский, откусывая от своей порции. - Мне, может, вопросы для зачета скинуть должны.

- Ты ж хороший водитель, не заливай, - отмахнулся от него Хомяков, с интересом покосившись на подавший сигнал о входящем сообщении телефон друга.

- И что? Отвянь. Я целуюсь лучше, чем вру, - невозмутимо послал Илья, утаскивая с тарелки кусок. Но, поднеся его ко рту, замер, сообразив, что и кому он сейчас ляпнул.

А Владян заржал и как-то так проникновенно спросил:

- А можно я проверять не буду, а? Мне больше девочки нравятся.

- Господи, да проверяй, с кем хочешь, - возведя глаза к потолку, Хованский демонстративно проигнорировал снова булькнувший телефон. Прожевал пиццу, запил пивом, как ни в чем не бывало.

И лишь потом подозрительно переспросил:

- Хомяков, это ты сейчас что задумал?

- Вернуть себе почетное звание хомяка. А то пришел тут плагиатор, стырил. А еще другом называется! - в него ткнули корочкой от пиццы.

Минуты на две. Чтобы непонятно почему разозлиться и предупреждающе заявить:

- Только попробуй, Владян.

Судя по довольной роже друга, тот для себя уже все решил. И Хованский про себя искренне пожелал ему испытать на себе все прелести характера мелкой и тяжесть ее рюкзака.  А еще почему-то не менее искренне расстроился, что пары у него завтра в другом корпусе и отловить Чайку до того, как Хомяков ее найдет будет проблематично.

Может, Елизарова попросить за ней приглядеть? Ну так, на всякий случай?

- Ит-а-а-ак… - затянул привычную песню куратор, взглядом обещая мне все кары небесные и не только. - Белоярцева. Опять. Или снова? Арина, с нашего последнего серьезного разговора прошло… Сколько? Дня два?

- Три, - буркнула я, поправляя лямку рюкзака. И зло зыркнула на топтавшегося рядом Григорьева. Я, конечно, знала, что мужики хуже баб, когда дело до жалоб и сплетен доходит.