Старшая сестра его величества. Власть

Но вы же женщина и должны уметь усмирить гнев мужчины. Поддайтесь, поиграйте с ним, соблазните... не мне вас учить, Абрита. Мой сын прав, вы давно не девица, и прекрасно умеете завоевывать мужчин. А договор, — он усмехнулся, — вам подписывать и не надо. За вас это сделает ваш опекун — барон Пирр.

Я вернула ему усмешку:

— Что же, тогда, я полагаю, исполнять договор будет тоже барон Пирр? — С удовольствием увидела, как в глазах моего собеседника мелькнуло недовольство, — вы забываете, что я не Абрита Форент. И привыкла сама принимать решения и подписывать договора от своего имени.

И не собираюсь изменять своим привычкам.

— Вам не кажется, ваша светлость, что вы чересчур осмелели? — теперь в голосе Третьего советника явно была слышна угроза. — В первую нашу встречу вы были гораздо более напуганной и покладистой.

Но я не собиралась сдаваться. Эту схватку я должна была выиграть. Вопрос жизни и смерти. Ибо Адрею я не доверяла ни на гринку. Если я уступлю, и не получу никаких гарантий от отца, то сын может просто прибить меня в первую же ночь.

Я не обольщалась по поводу «поддаться, поиграть и соблазнить». Во-первых, не со всеми мужчинами эта формула работает. Вряд ли мои соблазнительные прелести увлекут Адрея настолько, что он забудет про ненависть к ушлой нищенке. А, во-вторых, вопреки мнению Третьего советника и Адрея, я-то не была опытной соблазнительницей. У меня и мужчина был только один — Гирем. И я его не соблазняла вовсе. Это скорее он меня...

Но ответила я, конечно, же по-другому:

— Да, вы правы, — огласилась я с словами Третьего советника.

— В прошлый раз я была напугана. Мне было страшно влезть во всю эту авантюру и во всеуслышание объявить себя герцогиней Форент. Вот только сейчас, господин Первый советник, бояться уже поздно. Я уже влезла в ваши интриги двумя ногами. И все, что я могу, попытаться устроиться так, чтобы неприязнь вашего сына не повлияла на продолжительность моей жизни. Именно поэтому я прошу у вас гарантий. Кстати, — я слегка улыбнулась, — чтобы облегчить вам задачу, предлагаю договориться, что после рождения сына от Адрея я снова стану ургородской матерью Елькой и уплыву из Грилории на корабле, который вы мне обещали купить этим летом. А вы сможете оплакать умершую при родах Абриту. Все равно здесь меня больше никто и никогда не увидит.

Я соврала. Мне было страшно. Очень. Но отступать мне и, правда, было некуда, поэтому страх не подавлял, как в прошлый раз, а подстегивал мою решимость настоять на своем.