Старшая сестра его величества. Власть

Из образа немного выбивался совершенно не подходящий к наряду простой костяной венец на голове, в котором в темных от времени серебряных вставках мягко сиял огромный молочно-белый камень. Кажется, моя девочка нашла для него подходящую оправу...

А Лушка... вернее, мой брат принц Фиодор, превратился из немного нескладного юноши в сильного и статного молодого мужчину. Он смотрел на мир с уверенной, спокойной улыбкой, и был так сильно похож на своего отца, что никто из присутствующих ни на миг не засомневался в том, что он и есть сын его величества Эдоарда Семнадцатого.

— Ваше величество, позвольте выразить вам свое восхищение, — первым преклонил колено герцог Форент. Анни легко присела в реверансе, а Фиодор слегка склонил голову, оставшись стоять.

По протоколу я должна была ответить, но слова застряли в горле, а глазам впервые за много лет стало горячо. Я уже и забыла когда плакала в последний раз.

Я открыла рот, но из горла вырвался только тихий сип...

— Мама, — требовательный звонкий голос Хурры, как обычно появившейся из ниоткуда, прервал звенящую тишину в тронном зале, — это моя сестра и мой брат?

С тихим шелестом сотни голов повернулись в ее сторону и снова застыли. Я глупо улыбаясь и плача от счастья кивнула. Слова так и не смогли прорваться сквозь ком, вставший в горле.

— А ты моя сестренка Хурра? — Фиодор, улыбаясь, присел на корточки, — идем, обнимемся?

Хурра несколько мгновений смотрела на него, словно раздумывая, а потом кинулась в объятия брата.

Это категорически нарушало заведенный порядок. Но мне было плевать. Я не собиралась делать замечания. Я сама на подкашивающихся ногах поднялась с трона и сделала шаг навстречу моим детям.

Я упала бы, если бы герцог Форент, не кинулся мне на помощь...

— Ваше величество, — улыбнулся он, — осторожнее.

— Мама, — Анни протянула ко мне руки, — мамочка, — прошептала она, всхлипнув.

Я чувствовала себя так, как будто бы Аруг снова почти задушил меня, раздавив трахеи. Воздух с трудом проходил сквозь сжатое горло. И я могла только тихо шипеть, выражая свою бесконечную радость.

Дети! Мои дети вернулись!

Я обняла Анни... Мой сын, подхватив Хурру, повисшую на его шее, встал и обнял нас обоих... Мы снова были вместе... Теперь навсегда.