Старшая сестра его величества. Власть

Ну, почти навсегда. Скоро Анни уедет в Абрегорианскую империю к своему жениху, мы с Хуррой отправимся в Южную пустошь, где на самой границе уже построили небольшой поселок, который и станет столицей нового королевства. А Фиодор станет королем Грилории...

— Да здравствует его высочество, принц Фиодор! — раздался внезапно голос какого-то смельчака. И его крик тут же подхватили еще несколько человек, нестройно повторив лозунг.

— Да здравствует королева! — тут же ответил кто-то другой. И этот крик подхватили более дружно.

Это было привычно и безопасно.

— Да здравствует его высочество принц Фиодор! — крик стал настойчивее.

Я с трудом заставила себя оторваться от семьи. Нельзя было допустить раскола среди граждан Грилории, который мог случиться прямо сейчас. Мы так долго обсуждали момент передачи власти, по фразам, движениям и даже взглядам разложив первую встречу, но сейчас все пошло совсем не так. И нужно было вернуться к протоколу как можно быстрее...

Подняться по ступенькам к трону мне снова помог герцог Форент.

Я все еще нетвердо держалась на ногах. И он остался там, наверху, у самого трона вместе со мной, поддерживая и помогая стоять прямо. Мои советники, казначей, первый министр и еще парочка высших чиновников, которые принимали просьбы вместе со мной, были слишком ошеломлены случившимся и все еще не пришли в себя.

Мой главный враг, Третий советник, понимал больше всех. Я улыбнулась. Отчаянная, беспомощная ненависть в его глазах пролилась на мою душу, как бальзам, вылечивая ту страшную, застарелую боль от его предательства, которая столько лет была со мной.

Я повернулась к подданным и подняла руки, призывая всех к тишине. А потом улыбнулась, медленно сняла с запястья браслет Гирема и одним движением скинула с себя халат Эбрахила. Собравшиеся дружно ахнули... Моя внешность должна была стать прежней, и пусть я сильно изменилась, все же семнадцать лет немалый срок, узнать во мне принцессу Елину было довольно легко. Особенно если платье, прическа и шпильки с королевскими голубыми сафпирами, теми самыми, которые я вынесла из замка семнадцать лет назад, идеально повторяли мой наряд в памятный последний бал перед заговором.

— Мой народ, — обратилась я к людям, собравшимся в тронном зале, — я, ее величество Елина Грилорская, обращаюсь к вам от своего имени и от имени моего отца, его величества Эдоарда Семнадцатого. Мы с братом не погибли в заговоре, устроенным человеком, которого мой отец считал своим другом. И сейчас пришло время вершить правосудие.