А потом новые точки на радаре окрасились в синий цвет, и в динамиках, перекрывая слова песни, раздался знакомый со времён присяги, суровый голос генерал-адмирала Меньшова:
— Спокойно Ваня, не геройствуй. Я разберусь.
Пруха ошибся, это были свои. Ударный флот Владивостока прибыл в Тау Метам.
Глава 13
Ярик стоял спиной ко мне и лицом к окну, вглядываясь в клубящийся туман за стеклом, и сразу же, как только я зашёл в комнату, отвернулся от него.
— Ничего не видно. — пожаловался он. — Как понять, что меня ждёт снаружи? — он махнул рукой в сторону стальной выходной двери, напротив межкомнатной, той, через которую сюда попал я.
Комната была самой обыкновенно. Бетонная коробка, без каких либо изысков, и следов ремонта. Ни обоев на стенах, ни паркета на полу, только одинокая груша лампочки под серым потолком, а из мебели два стула напротив друг друга.
— Ростислав я бы хотел, да ты присаживайся, в ногах правды нет. — продолжил Сарай, прерывая мой ступор от нашей встречи.
— Ты же умер! — воскликнул я, поддаваясь охватившему меня удивлению.
— Умер, не волнуйся так. — кивнул Слава. — Нам поговорить надо, он снова указал рукой на один из стульев.
Я присел.
— Где мы?
— Неважно где. — Он встал за другим стулом, взявшись за его спинку, а лицо его выражало вселенскую печаль и раскаяние. — Рос, я хотел принести извинения. Ты же понимаешь, это не я такой, это дела рода, если бы не приказ отца, я бы с места не двинулся.
— Яр, я….
— Не перебивай, пожалуйста, я ещё не закончил.
— Попросил он, и продолжил. — Ты пойми, на кону стояло благополучие моей семьи, а мы, аристократы, только для этого живём. Если бы я ослушался, то Раксы исключили бы нас из альянса, а потом уничтожили. Понимаешь? Маму, братьев, сестёр, отца, понимаешь? Всех, кого я люблю! Ты пойми, это не я плохой, не ты плохой, мне просто пришлось выбирать, и это было очень сложно, я, даже рад, что так всё получилось. Ты расскажи отцу, как всё было, он поможет тебе, он поймёт. Хорошо? Ты прощаешь меня?
— Яр, я.
— в горле пересохло, откуда-то появился ком жалости, мешающий выговаривать слова. — Конечно же, я…."
"От удара в грудь я упал на пол, больно ударившись головой, а затем Сарай зажал меня своим стулом, придавив горло перемычкой между ножками.
— Ты что, поверил? — рассмеялся он яростно. — Какая же непроходимая глупость! Ничему тебя жизнь не учит. Не сомневаюсь, долго ты не протянешь. Кстати, насчёт долго. — его рука засветился ярким фиолетовым светом.
