Старуха Кристи - отдыхает!

Длинный китель с медными пуговицами, брюки клеш, к комплекту прилагается жилетка, знаешь, такая со множеством карманов: шесть спереди, два сбоку, четыре сзади, на спине.

– Между лопатками зачем, как оттуда вещи доставать? – изумилась я.

– Вам ни за что не догадаться, – фыркнула Марина.

– Куда уж нам, сиволапым, рядом с тонкими аристократами, – не осталась я в долгу.

Отчего-то Марина бесила меня все больше, прямо до невменяемости, до белых глаз и полной потери самоконтроля.

– На брюках тоже карманы, – повысил голос Рися, – на штанинах восемь штук.

– Во, – захихикала я, – здорово придумано! Увидит кто из ментов преступника и давай по кармашкам пистолет отыскивать, в одном нет, в другом тоже, в третьем, десятом… Практичная модель.

– Ты не перебивай, – сердито сказал Аристарх, – на куртке будут нашиты разноцветные светящиеся полосы, чтобы представителя власти было видно издалека, Я засмеялась.

– Что вас развеселило? – сердито вскинулась Марина.

– Постового зимой перепутают с рождественской елкой, – ответила я, – красиво будет выглядеть, стоит, такой разукрашенный.

– А на голове, – повысил тон Рися – шапочка, типа чалмы, в середине фонарик.

Тут уже я захохотала в голос и еле выдавила из себя:

– Жезл надо сделать в виде ручки от опахала.

Марина пожала плечами:

– Простому человеку не понять художника. Ладно, где у вас тут покурить можно?

Мне вновь стало неудобно перед модельершей, в конце концов, Марина не виновата, что Аристарх противный. Решив быть приветливой, я с готовностью предложила:

– Садитесь на диван возле окошка и дымите за милую душу.

Марина вылезла из-за стола, я со злорадством отметила, что к красивому, умело накрашенному лицу и довольно стройной верхней части прилагался весьма объемистый «нижний» этаж с короткими толстыми ногами.

– Сюда, сюда, – засуетился Рися, – усаживайся поудобней.

Мариночка бухнулась на гобеленовую накидку. Раздался странный треск, словно кто-то сломал сухую палку.

– Ой, – подскочила гостья, – это что?

– Не знаю, – удивился Аристарх.

– У дивана ножка от тяжести треснула, – схамила я.

– Там под пледом что-то колется, – заявила Марина.

Рися сдернул покрывало, перед присутствующими предстали осколки тарелки вперемешку с бело-желто-красной массой.

– Это что? – ошарашенно поинтересовался Рися.

Я быстро накинула на диван голебен и пояснила:

– Ерунда, посуда от завтрака осталась, а твоя дама ее раздавила! Очень красивая тарелочка была, фарфоровая, с нежным узором.