Старуха Кристи - отдыхает!

Перед самым первым экзаменом, сочинением, вчерашний школьник явился на прием к ректору и совершенно спокойно толкнул перед изумленным академиком речь, суть которой была проста. Он, Андрей, сирота, совсем недавно умерла его мама, он живет в бараке, страшно нуждается, но обладает великой тягой к знаниям, в кармане аттестат с одними пятерками и сверкающая золотая медаль. Естественно, Андрюша завалит сочинение, поэтому пришел спросить: нельзя ли будет хоть как-то пристроиться учиться, на заочное или на вечернее.

Опешивший ректор поинтересовался:

– Почему, молодой человек, вы решили, что не сумеете написать сочинение?

Андрюша потупился и спросил:

– Честно сказать или соврать, что чувствую себя неподготовленным?

– Естественно, я хочу услышать правду, – вскинул брови профессор.

– В ваш институт берут только тех, кто имеет протекцию, а я кухаркин сын.

Академик побагровел.

– Вы ошибаетесь, намекая на взятки, у нас все честно, сдал – поступил.

– Вот и проверим. Смотрите, у меня за все годы учебы в школе по русскому языку и литературе не было даже четверок, я знаю эти предметы намного лучше остальных абитуриентов, и если меня завалят, значит, от вас поступила такая команда.

Ректор не нашелся что возразить. С подобным школьником он сталкивался впервые, все остальные абитуриенты жались по стеночке, ретивость проявляли родители, но этот мальчик дрался за свое счастье сам.

То ли ректор велел поставить «пять» Калягину, то ли Андрей и впрямь написал великолепное сочинение, а может быть, в институте не все решали взятки, но парнишка получил высокий балл и был зачислен на первый курс.

В тот год везение случилось дважды, сначала Калягин стал студентом, а потом барак пошел под снос.

Жильцам объявили о предстоящей перемене заранее. Семейные наконец-то должны были получить отдельные квартиры, одиноким доставались комнаты в коммуналках.

– Пошли в загс, как мужу и жене нам отпишут хорошую жилплощадь.

Настенька, давно влюбленная в Андрюшу, радостно согласилась. Они уже целый год жили вместе, и теперь оставалось только узаконить их отношения. Одна беда, детям было по семнадцать, восемнадцатилетие они собирались справлять в будущем году. В Советской России разрешались ранние браки, но только с согласия родителей.