Ставка на девственность

Потом отстраняется. Слышу, звук разрываемой фольги.

Резкий захват вокруг талии, рывок на себя, и вот я уже сижу на нём. Чувствую задницей его возбуждённый орган. Я знаю, что он хочет полноценного секса и готов к этому.

— А сейчас ты приподнимешься, и насадишься на него сам, мой хороший. Расслабься, не торопись. Сделай так, как тебе нужно.

— Я не смогу, — пищу я, боясь, боли.

— Сможешь, только не зажимайся как в прошлый раз, — шепчет ласково мне на ухо.

Делаю, как он говорит, стараясь расслабиться. Мне не больно, только неприятно в начале.

На этот раз он постарался меня растянуть. Проскальзываю наполовину, а потом отдыхаю пару секунд. Он не торопит меня, ждёт. И вот я полностью на нём. Ещё чуток жду и начинаю двигаться. Рудольф снимает с моего стояка кольцо и, сжимая член рукой, начинает ласкать. Я откидываю голову ему на плечо, выгибаясь всем телом и стону. Вдруг он протягивает руку к стене. Полоски цветной ткани разъезжаются, и я вижу себя в зеркале. Я сижу на его члене в развратной позе, в глазах туман, лицо искажено наслаждением. Неожиданно его головка касается чего-то чувствительного внутри меня. Я снова выгибаюсь, из груди вырывается глухой стон. Зажмуриваю глаза, а он наклоняется и шепчет над ухом, теребя одной рукой мои соски, а другой член.

— Открой глаза, Саша. Посмотри на себя, развратный мальчик. Ты так прекрасен в этот момент. Я обожаю тебя. Обожаю до самых кончиков пальцев. Ты мой и это уже ничего не изменит.

Распахиваю глаза, когда его член снова касается чувствительного места внутри, и почти кричу от нахлынувшего оргазма.

Смотрю на себя в зеркало. Растрёпанный, раскрасневшийся, с капельками пота на теле, я выгляжу как развратная блядь, но мне это нравится. Рудольф наклоняется и, повернув мою голову к себе, целует. От этого жёсткого поцелуя перехватывает дыхание. Я чумею от собственных чувств. От того, как он доминирует и властвует надо мной. Рудольф отстраняется, прикусывает кожу на моём плече, и осторожно снимает меня с себя, поддерживая за талию.

— Как себя чувствуешь, всё хорошо? — спрашивает, оттирая салфетками белые капельки с моего живота.

— Всё хорошо. Это было потрясающе, — улыбаюсь и, оборачиваясь, обнимаю его.

Через несколько секунд мы падаем на кровать и снова целуемся. Рудольф закрывает цветные жалюзи. Даже не знал, что за этими полосками ткани прячется зеркало. Хотя я живу тут каких-то два дня. Мы засыпаем в объятиях друг друга. Я обвиваю его тело ногами и руками. Пусть он будет рядом всегда.