Чтобы хоть как-то согреться, бродила туда-сюда. Пять шагов вперед, пять шагов назад – только на такое расстояние меня отпускал браслет.
Иногда я замирала и прислушивалась: не началось ли испытание? Надеялась, что до моего слуха долетят звуки шагов. Тишина…
Я присела на корточки, укутала подолом озябшие ноги. Еще немножко, и победители обнаружат в центре лабиринта окоченевший трупик!
Я смотрела то на один вход, то на другой. Мелькнет ли свет в конце коридора? Кто придет первым? А что, если Аид не станет одним из трех победителей? Я укусила себя за костяшку указательного пальца: так, Тэмми, без паники! Он умнее любого из этих дуболомов!
Одна из арок озарилась далеким сиянием.
Сюда шел какой-то человек, но я пока видела только неясный силуэт. Сердце затрепыхалось, как птичка.
Я с трудом разогнула затекшие ноги и приготовилась встречать первого победителя с высоко поднятой головой…
Он стремительно вошел в зал, огляделся. Кто ты? На лицо падали отсветы лампады, которую мужчина держал в руке.
Приблизился и схватил меня в охапку.
– Тэм, иногда я жалею, что в Академии уже лет сто как отменили физические наказания! – прорычал Аид, но прорычал с облегчением. – Ты не стажер, ты ходячее происшествие!
Он легонько встряхнул меня.
– Руки ледяные! Еще разболейся мне! Ну что мне прикажешь с тобой делать, невозможная девчонка? Перечеркнуть практику?
– Не-е…
Словно камень свалился с плеч: Аид рядом, он не даст меня в обиду.
– На какой руке браслет? – быстро проговорил он и, не дожидаясь, пока я соображу, что к чему, взял за оба запястья.
– Вот он, хорошо. Сейчас попробую снять.
Аид осторожно покрутил золотой ободок, продолжая объяснять:
– Они называют его «поводок», если по-нашему. А таких, как Велар, – «поводырь». Их сила немного напоминает силу ловчих и ищеек. Именно поводыри разрывают грань между мирами и, если нужно, отыскивают иномирцев в Рахтоморе. Увы, «поводок» устроен так, что не выпустит тебя через грань.
Аид не оставлял попыток снять браслет, однако он, будто живой, сжимался все сильнее, врезаясь в кожу.
Мой напарник пытался подчинить его аурой, но «поводок» начал нагреваться, обжигая руку. Я терпела изо всех сил, пока все-таки не выдержала, пискнула.
– Все, все… Нет, Темира, нам его не снять. Придется дождаться момента, когда Велар сам тебя освободит.
Как обидно! А я так надеялась, что мы сразу же уберемся отсюда. Оказаться бы сейчас в отделении, на своем любимом потертом диване с чашечкой горячего взвара!
– Ничего, Тэм.
