Стелларлун

От смеха Финтана, казалось, в комнате стало холоднее.

— Ты, должно быть, шутишь.

— Нет. — Кенрик вложил ткань в свободную руку Финтана. — Ты знаешь протокол.

— Я также знаю, что я больше не Член Совета.

— И все же я уверен, что ты все еще помнишь, что мне придется сделать, если ты будешь сопротивляться, — тихо сказал Кенрик, с выражением лица, которое внезапно заставило Софи понять, что Оралье имела в виду, говоря, что Кенрик был пугающим, когда хотел.

Финтан сжал в кулаке синий носовой платок.

— Если ты сотрешь мои Ночные Вспышки…

— Я отправлю сообщение Чистильщикам, проинструктировав их сохранить эту часть этого вечера, — заверил его Кенрик.

 — Ночные Вспышки действительно были зрелищем, на которое стоило посмотреть. Никто никогда не должен потерять это воспоминание.

— Я не убежден, что кто-то должен терять какие-либо воспоминания, — огрызнулся Финтан. — Но я не главный… в данный момент.

Кенрик был слишком занят вводом сообщения в свой передатчик, чтобы уловить, как изменился тон Финтана при последних словах.

Они звучали скорее как обещание, чем жалоба, и Софи снова пожалела, что не может прокричать предостережения в это воспоминание.

Но для этого было уже слишком поздно.

— Убедись, что ты сидишь, — напомнил Кенрик Финтану. — И я бы порекомендовал потушить эти пожары до того, как сюда прибудет Чистильщик.

Финтан не обратил на него внимания.

Он просто уставился на свои Ночные Вспышки, бормоча «чего-то не хватает», когда Кенрик поднял свой следопыт, и они с Оралье, сверкая, ушли.

— Давайте остановим воспоминание здесь, — сказала настоящая Оралье, когда сцена сместилась, и ее проекция теперь стояла лицом к Кенрику. — Вот где начинался кристалл в моем тайнике, и… я не могу смотреть это снова.

Софи не могла винить ее.

Плюс, если бы сцена продолжалась, Декс узнал бы, что Оралье была ее биологической матерью.

Но опять же, они закончили воспоминание и ничего не узнали… за исключением того, что Кенрик либо солгал, когда сказал Оралье, что проскользнул мимо ментальной защиты Финтана, либо его одурачили довольно простым трюком.

Софи не могла решить, что было более удручающим.

— Ты расскажешь мне, что Лузия расскажет о Ночных Вспышках? — спросила она, желая убедиться, что Оралье не забудет.

— Конечно, — пообещала Оралье, нажимая на следующий кристалл в тайнике.

Синее воспоминание имело небольшую задержку… достаточно долгую, чтобы Софи начала задаваться вопросом, не перестал ли тайник работать.

Затем появились две новые голограммы.