Катька фыркнула, но встала, взяла штиблеты и понесла их в коридор.
– Безобразие, – воскликнул Арам и убежал, правда, ненадолго.
Спустя несколько мгновений он вернулся, таща в руках ржавую, грязную трубу, то ли глушитель, то ли еще какой кусок от «Жигулей». Сопя от напряжения, Арам водрузил железку на обеденный стол и ушел. Я расхохоталась, на мой взгляд чистые, ненадеванные ботинки куда лучше покрытого копотью металлолома. Хотя и обуви, и запчастям явно не место среди чашек и тарелок.
Поэтому сейчас Катьке незачем петь про беспорядок, она в нем постоянно живет.
– И чего ты хотела? – недружелюбно спросила Симонян.
– Голова очень заболела, – соврала я, – ехала как раз мимо твоего дома. Дай, думаю, загляну, таблеточку попрошу, небось найдется что-нибудь типа аспирина…
На лице Катьки отразилась мука, видно было, как в душе Симонян сейчас идет битва. С одной стороны, ей дико не хотелось впускать меня, с другой – неприлично отказать хорошей знакомой в такой малости, как аспирин.
Воспитание победило, Симонян навесила на лицо улыбку.
– Вползай.
– Спасибо, – защебетала я, – ей-богу, я ненадолго!
Аспирина у безалаберной Катьки не обнаружилось, Симонян подвигала ящичками и заявила:
– Нету таблеток.
Я обрадовалась.
– Ерунда, наплескай мне чайку, и все как рукой снимет.
– Зато имеется вот это! – торжествующе заявила Катерина, выуживая из недр шкафчика яркую упаковку. – Классная вещь, со вкусом банана.
Подавив отвращение, я опустошила стакан, в котором шипела жидкость неприятного, резко желтого цвета.
Странное дело, я очень люблю бананы, готова есть их целыми днями, но почему все лекарства с банановой отдушкой имеют столь мерзкий вкус? Вот загадка.
– Легче стало? – осведомилась Катька.
– Просто оживаю, – пробормотала я и схватила со стола карамельку.
Может, сумею забить невероятные ощущения во рту?
– Это погода, – вздохнула Симонян, – то холодно, то жарко.
– Я не метеозависима, просто понервничала.
Глаза сплетницы Катьки вспыхнули огнем.
– С невесткой поругалась? – с надеждой воскликнула она. – Или с детьми чего случилось?
– Слава богу, нет!
– И по какой причине дергаешься? – не успокаивалась Катя. – Заболела, да?
– Никак не могу Звонареву из мыслей выбросить!
Симонян всплеснула руками.
– Во жуть! Костя просто Отелло. Хотя я Милку предупреждала: будь осторожна, неровен час просечет и накостыляет по шее. Но то, что он ее жизни лишит, я и в голове не держала.
