Сто причин поверить

– Ты чего? – забеспокоился Валера, вернувшись из душа и обнаружив ее не сдвинувшейся с места. – Все хорошо, Настя?

– Да, – ответила она коротко и встала. – Теперь я в душ. Полотенце там свежее есть?

– Да. Твое. Я себе купил, – «порадовал» Грибов.

– Обживаешься, стало быть? – прищурилась она подозрительно.

Но это она так, скорее по привычке. Перестать вредничать прямо вот сразу она не могла.

– Нет. Не обживаюсь. И заберу тебя отсюда, как только ты захочешь. И я…

– Все, не начинай! – прикрикнула она. – А то все испортишь.

А в душе, встав под горячие струи, вдруг заплакала. Не потому, что было больно, а потому, что хорошо. От счастья ведь люди тоже плачут. Ей ли не знать! Так же тихо плакала в детстве, когда Долдон забрал ее к себе…

Утром они проспали. Хотя ее будильник – старый надежный Долдон – отзвонил пронзительно и в срок. Она запустила в него подушкой, пристроилась на Валерином плече и отключилась. А он и не просыпался.

– Вы что там, черти, охренели, что ли?! – заорал ей на ухо Смотров, позвонив в половине девятого.

Они собирались, как сумасшедшие, бегая по квартире. Хорошо, хватило ума молчать при этом. Иначе точно поскандалили бы. Доехали дворами в рекордное время каждый на своей машине. И все равно на часах было девять тридцать.

– Вы что, мать вашу! – зашипел на них Смотров, стоило им переступить порог кабинета и закрыть дверь. – Совсем охренели! Страх потеряли!

Настя молча села на свое рабочее место, тут же включила компьютер, уставилась в монитор, который еще смотрел на нее черным квадратом.

– Товарищ майор, разрешите обратиться? – подал голос Грибов, он все стоял у входа.

– Нет! – озверел Смотров. – Мне на хрен не нужно сейчас твое вранье! И так знаю, что вы в отношениях! И… Думайте, кто из вас уйдет из отдела.

Это было правилом. Спалились – выметайтесь. Это правило установил Смотров, еще когда проводил с ними собеседование.

– Мне тут никакие сопли не нужны, – пред-остерегал он. – Личная жизнь где-то там, за порогом. И не с кем-то из сотрудников отдела.

– И не собираюсь! – фыркнула тогда возмущенно Настя.

И вот собралась, дура. Дура же? Нет? Она задумалась.

Еще пару недель назад ответила бы утвердительно. Сейчас вряд ли. Может, и дура, конечно. Но этой дуре вдруг отчаянно захотелось Валериной надежности, завтрака на двоих и ужина.