Столица

– То есть ты знаешь, где тот, кто следит за нами? – спросил Шрам.

– Не точно. Знаю лишь, с какой стороны он находится. Точнее, они.

– Они? – переспросил я. – А сколько их?

– Кажется, четверо, – Тедань постучал себя по кончику носа. – Я не уверен. Камнежоры охотятся по одному, и я не привык к стольким взглядам.

– Может, на тебя просто пялятся из-за дурацкого цвета волос, вот ты и путаешь? – буркнул Шрам. Ему явно не нравилось то, что какой-то дикий необученный парень может лучше разбираться в подобных вещах.

– Может быть, – пожал плечами синеволосый, – но на меня и раньше пялились, а вот слежку я почувствовал лишь сейчас, когда пошел за Шеном.

Втроем мы дошли до сыхэюаня, где снимали комнаты. Та же женщина, что и вчера, встретила нас с недовольной миной:

– Еще один ученик нашелся? Что ты сюда всяких оборванцев таскаешь? Заняться, что ли, нечем?

– Умолкни, женщина, – рявкнул на нее Шрам и молча ушел в свою комнату. Он прихрамывал больше, чем обычно, видимо, целый день на ногах его вымотал, но он до последнего старался не подавать вида.

Я же с Теданем прошел к себе, сел на матрас и решил поговорить с парнем основательно.

– Тедань, как видишь, я живу не в самых лучших условиях. И я не вижу, как могу быть для тебя полезным. Я не поступил в Академию боевых искусств, да и родом не из Киньяна, а, как и ты, пришел сюда с караваном. Да, у меня есть покровитель, глава того каравана, но из-за этого есть проблемы. Люди, что следят за нами, скорее всего, враги моего покровителя. Поэтому тебе нет смысла следовать за мной.

Парень плюхнулся рядом, вытянул длинные ноги и сказал:

– Ты был первым, кому я назвал свое имя в Киньяне. И первый, кто назвал себя. Небеса ведут меня по цепочке из бусин. Первая бусина – это мои волосы. Вторая – караван. Третья – ты. Когда доведешь до следующей бусины, я отстану от тебя.

– Провал в поступлении в Академию…

– Ты даже не расстроился. Значит, знаешь, что будешь делать дальше.

Я хлопнул себя по лбу и перестал уговаривать Теданя уйти. У него было особенное отношение к жизни, и я не мог сказать, что мне оно не нравилось.

– На самом деле, я и не рассчитывал поступить в ту Академию. Эта попытка была ради уговора с одним человеком. Мы договорились, что он будет меня обучать боевым искусствам столько месяцев, сколько кругов я пройду. Так что теперь он мне должен два месяца.