Хе-хе-хе! Да, мед…
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Драма в Рёске— Я слушаю вас, сударь.
— Ладно, только твоя трубка еще не разгорелась. Стой, вот другая, если эта не курится. Попробуй раскури ее. Это настоящая трубка, изделие самого Надя.
[Надь — известный мастер по изготовлению трубок в Пеште в 90-х годах XVIII века. За его трубки платили по сорок — пятьдесят золотых, что составляло тогда немалые деньги. (Прим. автора.)]
Такую сейчас брат брату не отдаст дешевле, чем за тридцать золотых. Что за изгиб, какие изящные линии! Ты только погляди.
А как высверлен мундштук… Обидно, что умирают такие люди, как этот Надь. Ну, вот и разгорелась. Да, сынок, о чем же я хотел тебя спросить? Ага, вспомнил… Что ты, например, думаешь обо мне? Только говори напрямик, как и подобает истинному венгру. Графа Бутлера несколько удивил такой вопрос, но все же он ответил:
— Я считаю вас весьма порядочным человеком.
— Так оно и есть, именно так, — проговорил старик, кивнув головой. — Теперь скажи, что ты думаешь о моей дочери?
Этот вопрос показался Бутлеру еще более странным.
— О барышне?.. Я весьма уважаю и чту баронессу.
— Знаю, сынок. Ну, а как, она красива, а?
— Насколько может быть красива молодая девушка.
— А нравится она тебе? Пусть тебя не удивляет моя прямота, я ведь солдат.
— Конечно, — ответил Янош. — Почему бы не нравиться?
— Ладно, пока все идет хорошо. Венгры, говорят, понимают друг друга с полуслова; однако чем больше скажешь, тем понятнее. Интересно, что бы ты ответил мне, если б я сказал тебе крутись-вертись, подкова, — эти студенты пленили мое сердце.
Редко кто так нравился мне, как полюбились вы; разве что однажды в Праге — я был тогда еще старшим лейтенантом — очаровал меня один студент… правда, позднее выяснилось, что это была переодетая молоденькая герцогиня. Н-да… Впрочем, я надеюсь, вас нельзя заподозрить ни в чем подобном.
— Да, не думаю, — улыбнулся граф Янош."
"— Ну, так вернемся к нашему делу, а эту историю я вам расскажу потом, вечером. Так вот, если б я сказал: ""Оставлю-ка я здесь одного из этих двух студентов, отдам за него свою дочь, и закатим такую свадьбу, что мертвецы в гробах проснутся.
Что бы ты на это ответил?
Бутлер устремил на барона беспокойный взгляд, силясь понять, серьезно говорит этот чудак или, как всегда, шутит. Однако, против обыкновения, лицо барона было весьма серьезным, и казалось, он напряженно ожидает ответа.
""Все же не может быть, чтобы он это всерьез говорил, — подумал Янош.
