Страсть сжигает все преграды

Вито откинулся назад в своем вертящемся кресле, нисколько не смущенный ее словами.

— Ты именно поэтому здесь? — спросил он, пропустив мимо ушей ее взрыв.

— Я пришла поговорить о Тиме и объяснить, почему он это сделал. Ты, вероятно, не знаешь, что твой племянник…

Вито остановил ее взглядом.

— Оскорбил тебя при твоем брате? — закончил он вопросом ее фразу. — Прискорбный случай.

— Прискорбный? — Эшли окаменела.

— Пьетро потерял два передних зуба, — сухо пояснил Вито… — Вопрос преданности семье они разрешили кулаками.

— Значит, у тебя эпизод и строфа из первого акта. А как быть со вторым актом? — возбужденно спросила Эшли. — Четверо парней загнали Тима в угол и избили. Одним из них был твой племянник.

— Когда это случилось?

Эшли задумалась на секунду или две, а потом с облегчением назвала дату.

— В тот день Пьетро присутствовал на свадьбе кузена в Риме, — еще более сухо ответил Вито.

— Он мог организовать это дело!

— Теперь забираешься в дебри фантазии? Пьетро не стал бы участвовать в такой затее. Пока у тебя нет доказательств, я бы посоветовал отказаться от обвинений. — Он холодно смерил ее взглядом.

Эшли обругала себя последними словами за то, что не позаботилась выяснить подробности случившегося. Четверо парней напали на Тима. Вот и все, что она знала. Атмосфера в кабинете напоминала бодрящую теплоту полярного круга.

— Насколько я понимаю, вражда между твоим племянником и моим братом первоначально возникла на почве соперничества из-за девушки… — пробормотала она.

— И что может добавить эта информация к нынешнему положению? — Его лицо приняло натянутое выражение.

— С моей точки зрения, связь очевидна, — выдохнула Эшли.

— Тогда у нас совершенно различные точки зрения, — с сарказмом возразил Вито. — Я не способен усмотреть ни малейшей связи.

— Ты не готов ни в чем уступить мне? — Эшли постепенно закипала.

— Я бы на твоем месте пришел сюда с намерением принести все возможные извинения за случившееся. — От игравшей на губах улыбки веялохолодом. — Единственная же причина твоего прихода, как мне представляется, — слепое желание выплеснуть гнев на Пьетро и — вот уж нашла! — на неизвестную девушку, — продолжал он, подчеркивая каждое слово. — В любом другом случае твои усилия убедить меня простить непроститель ное показались бы мне забавными.