Страсть сжигает все преграды

Наверно, это было наивно с ее стороны, но Эшли подавляла растущее подозрение, что Вито не уделит ей даже пяти минут своего времени.

Окружающая обстановка излучала богатство и элегантность. Громада семейного банка сдавливала мозги, точно стальной капкан. Вошедшего ошеломляли успехом. Эшли покраснела от болезненного воспоминания. Подумать только, четыре года назад с беззаботной улыбкой она входила в это впечатляющее здание в джинсах и майке!

Тогда ей даже в голову не пришло, что она выглядит здесь оборванкой. В те дни она не знала страха.

Сейчас совсем не так. Топор возмездия прошелся по каждой надежде, каждой мечте, каждой привязанности. А вместе с ними разлетелась на осколки и ее вера в себя.

Вито не собирается встречаться с ней, поняла Эшли. Тогда они расстались, испытывая друг к другу самую ярую ненависть. Но почему-то она не сомневалась, что Вито способен вести себя цивилизованно.

— Мисс Форрестер? — Снова клерк. — Если вы можете подождать еще час, мистер ди Кавальери, наверно, найдет несколько минут, чтобы принять вас.

Но пока это еще не точно. Его старший секретарь попытается втиснуть вас в расписание перед ленчем.

— Очень любезно с ее стороны, — резко бросила Эшли.

— Вы можете подождать наверху, — безразлично предложил клерк.

Верхний этаж подавлял великолепием. Эшли охватила досада. За столом сидела холеная блондинка и украдкой разглядывала Эшли. Собираясь в банк, Эшли надела поношенный жакет цвета хаки и хлопчатобумажные брюки — лучшее, что нашла в шкафу. Волосы тоже причесала как обычно — стянула на затылке в хвост, выпустив несколько локонов на висках.

Щеки горели, и вообще Эшли чувствовала, что все летит в тартарары.

К концу второго часа Эшли боялась, что вот-вот взорвется. Все тщательно продуманные заготовки — с чего начать свою речь и как продолжить — улетучились без следа. Она не сомневалась, что Вито нарочно заставляет ее ждать.

— Мистер ди Кавальери сейчас вас примет. Сглотнув, Эшли вскочила и выпрямилась. Она ненавидела Вито за то, что по его милости она превратилась в комок обнаженных нервов.

— Боюсь, что мистер ди Кавальери может уделить вам только десять минут. — Такими словами ее встретила в коридоре женщина средних лет.

Десять минут, чтобы вымолить прощение Тиму у мужчины, который не только проклинал ее, но и мог погубить брата с такой же легкостью, как бросить на тротуар фантик от конфеты? Она с трудом сдержала истерический взрыв смеха. Десять минут лучше, чем ничего. А впрочем, зная Вито, это и есть почти ничего.