Страсть сжигает все преграды

Только женщина, заслужи-рвавшая этого определения, вела бы себя так, как она, четыре года назад и снова сегодня. Он гово-дал с ней об аборте так, будто она существо, лишенное всего человеческого, и сделать аборт для нее абсолютно ничего не стоит. Отвращение горячим потоком залило ее.

Он женился на другой женщине и все равно сохранил за собой право обвинять ее. Он вынес ей приговор за то, что она чуть не сделала шаг, какой для многих девушек в ее положении был единственным выходом.

Чувство вины, которое долго мучило ее, в этот момент сгорело дотла. Навязчивое стремление отстоять свою независимость исчезло полностью. Он даже не спросил, его ли был ребенок. Он заранее решил, что, скорей всего, она и сама этого не знает. И вот теперь она за все получила сполна. Правду такой, какой ее видел Вито, и мотивы, которые стали причиной его грубого давления.

Если он и не любил ее, то его определенно тянуло к ней. Он видел, насколько она не подходит ему, ивсе равно оставался с ней и предложил выйти замуж.

Четыре года назад ее отказ выйти за него замуж полностью раздавил его. И уверенность, что она моментально ушла к другому мужчине, добавила горечи. Ярость, с какой он осуждал ее, получила объяснение. Совершенно очевидно, что Карина не сумела успокоить бурю, бушевавшую в нем. Ясно, что только месть по самому горькому сценарию могла смыть оскорбление, нанесенное его достоинству.

— Еще не поздно начать все сначала, — вырвалось у него.

— Кровь и пинки каждые пять минут? Почему бы тебе не устроить несчастный случай, чтобы избавиться от меня? — спросила Эшли. — Это было бы и благороднее, и быстрее.

Он накручивал на длинные смуглые пальцы огненные пряди ее волос. Взгляд его сверкавших глаз был для нее словно нож.

— Ненависть и любовь — это две стороны одной медали.

— Тогда тебе следует быть осторожным. Необузданная ненависть опасно близка к маниакальной навязчивости, — пробормотала она.

— И тебе надо бы знать почему. — Вито продолжал накручивать пряди ее волос, крепче оплетая ими пальцы, выдавая этим невероятное напряжение, охватившее его.

От этих движений она невольно вздрогнула, с тревогой осознав интимность обстановки. Да еще вдобавок ее нагота и его раскаленный добела сексуальный темперамент. Разряды в атмосфере, будто невидимые вспышки молнии, так и щелкали вокруг нее.