Стреляй! «Бог войны» (сборник)

Ночь прошла беспокойно, раненый метался в бреду, я не сомкнул глаз, смачивал губы влажной тряпочкой, прикладывал ко лбу холодный компресс. Если пациент умрет, мне не сносить головы, поэтому придется приложить все умение.

Поздним вечером следующего дня из Казани примчался еле живой от усталости и пропыленный гонец с опиумом. Немедля я развел его хлебным вином и несколько капель влил в рот раненому. Всю ночь тот проспал спокойно.

Каждый день проходил в хлопотах, и состояние пациента медленно, но неуклонно улучшалось.

Постепенно зажили раны на грудной клетке, дышал он уже свободно. С ногой дела шли не так быстро, но в постели татарин уже сидел, обложенный подушками, ел и пил сам, а не с ложечки.

Я находился в юрте вместе с ним, здесь же ел и спал, однако по мере улучшения состояния раненого ожидал, что меня или выгонят во двор, или отправят обратно к моему хозяину.

С каждым днем раненый требовал внимания меньше и меньше, в один прекрасный момент потребовал к себе женщину. Я вышел из юрты, чтобы занять себя и облегчить восстановление татарина: подобрал палки и решил сделать костыли.

Указал на ножик на поясе у охранника и на палки – татарин нехотя протянул нож.

Я обстругал палки и попытался соорудить нечто вроде костыля. На мой взгляд, получилось неплохо – пусть и не такой красивый и легкий, как заводской, но пусть попробуют найти лучше. Вернув нож охраннику, попросил привести толмача. Через несколько минут татарчонок стоял передо мной.

– Есть ли у вас в селении мастер по коже?

– Да! Я провожу тебя.

Я взял костыли под мышку, и мы отправились к кожевеннику. Объяснил, что хочу обить мягкой кожей перекладины. Через полчаса-час получил готовое изделие. Я попробовал сам – неплохо.

Придя в сопровождении татарчонка к юрте, поклонившись, вошел.

Попросив подростка помочь, заставил раненого подняться, подсунул ему под руки оба костыля. Для страховки мы с татарчонком встали по обе стороны, чтобы в случае падения успеть поймать. Первые несколько шагов получились неудачные. Конечно, костылей здесь не было никогда, и он даже не видел, как ими пользоваться.

Отобрав костыли, я сунул их под мышки и показал, как это делается. Бай внимательно следил, взяв костыли, попробовал сам, теперь получилось лучше. Бай тут же поспешил из юрты на свежий воздух, его можно было понять. Он, привыкший жить в движении, на коне, среди природы, три недели отлеживал бока. Но, видно, не рассчитал силы, голова закружилась, и бай пошатнулся. Мы были начеку и подхватили за руки.