Стриптизёр

И повторяй за мной, — сказал он и снова стал бормотать непонятные слова.

Постепенно его шёпот перешёл в крик. Он отдавался эхом от деревьев, и казалось, разносился по всему лесу. Жуткий, пугающий крик.

— Vivas por vivi! Vivo por vivo! Morto al morto! Donanta min mem al li! Li estas mia destino! Venu reen al mi, Maxian!

И на этот раз я ничего не понимал. Но эти слова, как и первые, вбивались в мозг словно гвозди. Я повторял их за ним, как будто под гипнозом. Только вместо моего имени в конце вставлял его. Через какое-то время тело затрясло, а из него стали выползать противные чёрные черви.

Они шипели и уходили в землю. Было очень больно, и я кричал в голос. Казалось, что на мне не будет живого места, только дырки. Но вот Ямиль прокусив запястье начал вливать мне в рот свою кровь, не переставая бормотать заклинание. Я невольно глотал её, испытывая жуткую тошноту. Когда я понял, что меня вот-вот вырвет прямо на него, всё прекратилось.

Ямиль слез с меня, а я так и остался лежать на земле, не в силах встать.

Краем глаза увидел, как он что-то начертил пальцем в воздухе, и нашу одежду объяло пламя.

— А домой, как идти? — промямлил я слабым голосом.

— Так и идти, — он поднял меня на руки и понёс в направлении дома.

С каждым шагом приближающим меня к нему, я чувствовал его боль. Он снова вспоминал о своей девушке, которую любил. Она незримо стояла между нами. Она звала его к себе. При других обстоятельствах, я мог бы его отпустить. Но если мы разлучимся, то неминуемо умрём. Неразлучники живут друг без друга всего лишь полгода.

Причём оборотень впервые в жизни болеет в это время. У него выламывает кости, скручивает в жгут внутренности. Он харкает кровью и не может летать. Больше того, он не может есть. Теперь для меня существует только его кровь. Кровь моей единственной пары. Я подошёл к Максиану, поздоровавшись, хотел погладить щёку, но он отскочил от меня как от прокажённого. Меня чуть не согнуло пополам от боли. Он тянулся ко мне, взглядом просил обнять, а губы шептали, что я не должен к нему снова прикасаться. Я посмотрел на него пристальнее, стараясь абстрагироваться от собственной душевной боли. Включил астральное зрение. Максиан был в пограничном состоянии. Его снова пожирала чёрная аура. На этот раз она проникла в тело, разъедая его душу изнутри. Кто же тебя так ненавидит, мальчик мой? Ведь это всё не просто так. В прошлый раз я подумал, что он сам притянул чёрную ауру своей депрессией. Но теперь я вижу, что это не так.