Стриптизёр

Да, привязал, не спорю, но в действиях была только нежность.

Теперь Ямиль даже сына к бабушке отправил, чтобы нам побыть вдвоём. Он хочет, чтобы я был только с ним. Он меня любит. Я каким-то образом чувствую это. Но что мне делать с собственными чувствами? Куда деть то, что со мной сейчас творится? Одон посоветовал жить сегодняшним днём. Наверное, так и нужно будет сделать. Я больше не хочу его ранить. Чтобы он расстраивался из-за меня. Стану жить как его муж. Что я месяца не смогу выдержать? Тело же реагирует на его ласку, а душа пусть идёт лесом.

Можно же лежать с закрытыми глазами и представлять, что ты с девушкой. Не знаю, как долго я так размышлял, но вот на балконе появился Ямиль. Он сел в соседнее кресло.

— Мы так и не позавтракали, Максиан. Но теперь уже пообедаем. Есть хочется, — слабо улыбнулся он.

— Ешь, Ямиль, — я протянул ему руку.

Он удивлённо поднял брови.

— Зачем ты делаешь мне одолжение? — сказал срывающимся голосом.

— Не надо об этом, Ямиль.

Я встал и, подойдя к нему, поднёс запястье к его губам.

— Ну, давай, выпей немного крови. Сколько тебе её нужно?

Он врезался зубами в кожу, потом зализал ранки и ответил.

— Не больше трёх раз в неделю. Но после магического истощения, как вчера, требуется дополнительная доза. Тебе повезло, что я немного восстанавливаюсь после сна. Иначе я не смог бы провести ритуал утром. Спасибо, Максиан.

— Пожалуйста, — тихо ответил я, потом подошёл к ограждению балкона.

Ямиль встал позади меня и обнял. Он поцеловал мою шею и положил голову на плечо.

— Мне больно от того, что ты меня не принимаешь. Но я не могу всё время заставлять тебя, привязывая к кровати. Ты прав, это несправедливо по отношению к тебе. Я ласкаю твоё тело, и оно отзывается, но получается, что насилую душу, а так не должно быть.

Я чувствовал, с какой болью он это говорит. Я пересилил себя, чтобы не отстраниться. Сегодня он, возможно, жизнь мне спас, кто знает. Я же не могу его отблагодарить. Хотя почему, могу.

— Больше не надо меня привязывать, Ямиль. Это действительно неприятно.

Но я не против. Мы можем заниматься сексом. Только задницу мою не трогай, этого я не могу позволить. Прости, не могу переступить через себя.

— Я тебя понял. Никакого проникновения. Но руками ты позволишь себя приласкать? — спросил он.

— Не знаю. Я не разбираюсь в любви двух мужчин. Знаешь же, что у меня два друга гея. Но, как ни странно, я никогда не спрашивал, как это у них происходит, а они не делились. Даже на порносайтах такое не смотрел никогда.