Строгий режим

Услышав кашель Геры, Бандера резко поднялся и начал колотить ногами в дверь и кричать.

— Э-э-э, — командир, ё…ый в рот, давай врача сюда скорее. Чё, не слышишь, что ли? Подойди, бля, к пятнадцать А.

— Чё надо? — послышался с продола голос Геры, но открыл кормушку уже подошедший корпусной.

— Чё надо? — продублировал вопрос Геры корпусной.

— Врача давай, начальник, — прорычал Бандера, — пусть таблетки мне даст.

Корпусной молча и равнодушно закрыл кормушку, но Бандера, ожидая этого, принялся сразу колотить в дверь по новой.

— Давай врача, начальник! — кричал он. — Башка болит, пусть таблетки даст! Ты чё, не слышишь, что ли?!

На секунду остановившись и услышав удаляющиеся шаги, он стал бить ногой с большей силой и постепенно ещё наращивал мощь удара.

— Э-э, начальник, давай врача! Я чё, здесь помирать должен! — орал Бандера. — Пусть таблетки даст и валит!

Эффект не заставил себя долго ждать, и открылась уже не кормушка, а сразу дверь, что означало одно — его план сработал.

— Ну и какие тебе таблетки? — спросил корпусной, постукивая дубинкой по ладони.

— Ну не знаю, анальгин хотя бы, — громко сказал Бандера, держась за голову.

— Ну пошли, — корпусной даже посторонился демонстративно в дверях, освобождая выход из камеры. — Лечиться щас будем.

— Дубиналом, что ли? — спросил выходя Бандера прекрасно зная, что этот корпусной бить не будет.

На продоле Бандера встретился глазами с Герой и подмигнул ему. Корпусной закрыл дверь и с улыбкой достал из кармана полпачки анальгина.

— На, — оторвал он две таблетки и протянул. — Пошли в санчасть.

— Санчасть же в другой стороне, — сказал Бандера вслед уже идущему к стакану корпусному, с трудом сдерживая радость.

— У меня своя санчасть, — с улыбкой ответил он и, услужливо распахнув дверь стакана, сказал Гере: — Принеси ему воды запить.

Демонстративно бубня что-то себе под нос, якобы показывая недовольство, Бандера поплёлся к стакану, открывая одну таблетку. Запив её поднесённой Герой кружкой воды, он вошёл в стакан. Теперь оставалось дождаться, когда корпусной куда-нибудь уйдёт, чтобы поговорить с Герой и уговорить его пустить его на минуту к глазку в один восемь.

В хате восемь семь ждали, когда к ним приведут Немца.