Строгий режим

 — Он встал и представил ему всех сокамерников, даже шныря, которому тут же сказал: — Завари нам чаю, — потом он повернулся к Немцу и показал ему на шконку, на которой ещё недавно спал Паха и освободил её для более авторитетного арестанта. — Располагайся, здесь лучше, чем в общаковой хате. Там есть кому смотреть за тем аппендицитом.

— Да базара нет, — ответил Немец и поставил свою сумку под шконку.

Солома пока быстро запаял малёк для Ольги и отправил его по срочной в другую сторону. От Дунаева на обратном пути он узнал, что Ольгу перевели в один шесть, а на них идет дорога по другой стороне.

Женские хаты почти все были одинаковы. Но он решил непременно навестить её там, как только весь кипеш уляжется и Дунаев немного освободится. Он знал, что у Ольги сильно мягкий характер. На всякий случай в мальке он написал ей, чтоб она передала от него привет Насте, чтобы там все знали, кто к ним заехала.

— Курнёшь? — спросил Немца Паха, доставая втаренную папиросу.

— Да сколько можно курить? — усмехнулся Немец и покачал головой.

— Ну, щас тогда, чай заварится, — сказал Паха, доставая конфеты. — Мы тебя позже ждали.

— Да нормально всё, — улыбнулся Немец на почти извиняющийся тон Пахи и повернулся к Соломе. — Сань, а это ты у малолеток за каких тёлок спрашивал? Коса там, и ещё какая-то…

— Да так, знакомые, — пожал плечами Солома даже не поворачиваясь, потому что доставал со своей сумки сшитые на зоне тапочки, чтобы подарить Немцу на встречу.

— Есть-есть, — кивнул на свою сумку Немец, беря тапки. — Ну и ну. Это где такие фильдеперсовые шьют?

— Уже не шьют. Умер этот сапожник, здесь он был, на сорок первой.

— Да-а, — протянул Немец без всякого сожаления, одевая тапки. — Как по мне шиты. От души, Саня.

— Если чё, вот костюм ещё есть нормальный, — чуть выдвинув из-под шконки свою раскрытую сумку Солома обернулся на Немца, сидя на корточках.

— Да все нормально, Сань, тусоваться есть в чём, — сказал Немец, все же взглянув на лежащий в сумке Соломы костюм.

Подошёл шнырь Витёк. Он поставил на импровизированный стол накрытую кружку и сразу ушёл обратно к двери. Все сразу стали рассаживаться вокруг поудобнее. Паха распаковал коробку конфет.

— Красиво жить не запретишь, — улыбнулся Немец, кивнув на конфеты.

— Да это только для встреч. Ну и так, если чё отметить, — пояснил Солома. — Обычно с простыми пьём.