Строгий режим

Лупатый замечал открытые щёлочки его глаз и с нетерпением ждал момента, когда можно будет намекнуть о забитии косяка.

— Восьмёрка, — раздался приглушённый женский голос и Лупатый подошёл к параше и открыл кляп.

— Давай домой, — уже более отчётливо проговорила параша женским голосом.

Лупатый засунул руку в сливное отверстие и за верёвку вытащил целлофановый пакет с «почтой». Высыпав содержимое на пол, он вымыл руки и стал разбирать малявы.

— Во бля, — сказал удивлённо он, читая один из четырёх прогонов.

 — А мы чё, вчера на девок не прогнали, что мусора вломились?

— Да хер знает, — ответил один из сокамерников по прозвищу за маленький рост Гном. — На девятку точно прогнали.

— Да на девятку-то я помню, они кипишевали ещё, что контроль упустили, — нарочито громко сказал Лупатый.

— А чё такое? — как будто спросонья проговорил Плетень, потягиваясь. Он думал, что малолетки с один девять, на которых шла эта химка, тоже начинают пробивать трассу.

— Да тут прогон идёт с один восемь, куда их вчерашний прогон делся.

Они там искали кого-то. Помнишь? Мы вчера ещё по обкурке угарали, хотели приколоться, что типа здесь этот Юра… как его там?

— А-а, — успокоившись, протянул Олег. — Ну прогони там… извинись, что вчера не поставили в курс за запал… скажи, выключились…

— Да-а, — протянул Лупатый и, сев писать ответ на прогоне, чуть ли не открытым текстом намекнул Олегу. — Могли и в натуре забыть. Вчера-то весело было, не то, что сегодня.

Плетень сделал вид, что не понял, о чём речь, и сел читать остальные прогоны.

Ему не хотелось тратить «живую валюту» на этих «свинопасов», как он о них думал. Лупатый сидел за кражу свиней в колхозе, ещё двое за сельский магазин, где так же забрали мясо.

Читая прогоны, он сразу обратил внимание, что со всех трёх хат искали одну и ту же девушку. Ему сразу стало интересно, и он сказал об этом как будто сам себе, но все слышали. Никто ничего не ответил на это, всех интересовал совсем другой вопрос. И хитрый Лупатый нашёл верный ход, как решить этот вопрос.

— Подписать от твоего имени? — спросил он, дописав ответ на прогоне и уставился своими огромными выпученными глазами на Олега.

Плетень сразу всё понял и, улыбнувшись, полез в нычку за химкой.

— Подпиши от себя, — спокойно сказал он, демонстративно отламывая приличный крапаль от груза. — Щас поугараем, кстати, чё ей писать будут эти донжуаны. Передайте в девятку, — сказал он, собрав все мальки и прогоны и сунув Гному.