Стыдные подвиги

Вечно копейки из кармана достает и при мне считает… Сядем где-нибудь, он чайник чая закажет, выпьет, потом просит официантку долить кипятка… И не кипятка даже, а «кипяточку», понимаешь? Кипяточку… потом еще… Помню, один раз он при мне выдул пять чайников, понял? Я говорю: Жорик, у тебя там и чая нет, одна вода, а он — ничего, так даже полезнее… Ну как такому эфирному существу — и не дать денег? Человек искусства, живет впроголодь, питается, как кустик, солнечным светом… Музыку пишет… Смотрю на него и думаю: я — коммерсант, он — богема, я вроде как сытый, он — голодный… Если по-людски рассудить, то я обязан помочь…

— У меня то же самое, — сказал я.

 — Слон тоже не просит. Вот сегодня попросил — но это редко бывает. Он гордый. Если просит — то в долг. Возьмет десять — вернет через неделю четыре, потом еще две, потом одну… И я тоже понимаю, что обязан. Дам денег — он, может быть, лишний раз чужую машину не угонит или откажется от какого-нибудь грабежа со взломом и тяжкими телесными…

Макаров ухмыльнулся.

Из всех излишеств он разрешал себе только кофе.

Два месяца назад даже бросил курить. Уверял, что испытывает наслаждение. Дышит полной грудью и за тридцать шагов чувствует запахи женского тела.

Но главной причиной перехода к здоровому образу жизни была экономия. Пачка сигарет — пятьдесят рублей в день, три тысячи в месяц, тридцать шесть в год; можно съездить на неделю в Европу. Скромно, без гусарства — но можно.

Кроме того, мы постановили больше не пить чай и кофе в барах. Еще месяц назад обязательно заходили ежедневно.

Чай — двести рублей, зашел один раз в день — шесть тысяч в месяц, семьдесят в год; можно съездить на неделю в Америку. Скромно, без гусарства — но можно.

А сегодня решили нарушить режим и просидеть в приличном месте какое-то количество денежных знаков. Просто так, побаловать себя. Отчаянный финансовый зажим вреден для нервов, это всем известно.

Когда я пришел — Семен уже занял удобный стол и сидел: торжественный и бледный.

— Слушай, — сказал он. — Может, мы просто самодовольные козлы? Сидим в баре, мягкие диваны, кондиционер, музыка, бабы красивые вокруг… Хаты снимаем в самом дорогом городе мира.

Сыновей растим, жен содержим… Почему мы все время друг другу жалуемся?

— Это не жалобы, — возразил я. — Мы обсуждаем план действий. Мы пришли сюда не за бабами и диванами, а потому что на улице жарко. Мы обменялись суждениями и сделали важный вывод. Мы поняли, что не можем экономить на друзьях.

— Да, — согласился Семен. — Не можем.