Стыдные подвиги

— Давай будем экономить на здоровье.

— Нет, — твердо сказал Семен. — Это порочная практика. Я двадцать лет экономлю на здоровье. Я никогда не был у стоматолога. Теперь смотри, что получается: у меня отломился последний приличный зуб, я иду в клинику, и мне вежливо говорят: мужик, если ты прямо сейчас конкретно не займешься зубами, через два года тебе просто нечем будет жевать. А мужику всего сорок лет. Нет, я больше не хочу экономить на здоровье.

— На чем же экономить?

— А мы, — Семен положил на стол локти, — не будем экономить.

— Излагай, — сказал я.

Макаров помолчал и ответил, глядя в сторону:

— Ах, вот оно что, — сказал я, улыбаясь. — А я все думаю, чего это мой друг Семен сегодня такой дерганый? А он, оказывается, решил кинуть Вовочку!

— Кофе много выпил, — пояснил Семен. — Вот и дерганый. А вообще я никогда не был так спокоен, отвечаю. И это не просто спокойствие. Это реальная нирвана, клянусь. Решение принято. Оно далось мне нелегко. Но теперь я дышу ровно, и мне хорошо.

— Семен, — сказал я, — мы не будем кидать Вовочку. Мы вообще никого кидать не будем.

— Никого не будем. Это так. Но Вовочку — кинем.

— Нет, — сказал я. — Ни в коем случае. Вовочка — наш спаситель и добрый ангел.

Мы одновременно усмехнулись. Вовочка был меньше всего похож на ангела. Он весил на глаз сто двадцать килограммов… А еще у него была такая же супруга. Вместе они образовывали комическую пару, два бесформенных круглолицых существа, — возможно, по утрам они путали джинсы, он мог взять ее штаны, она — его, один зад был круглее, другой увесистее, но размер одинаковый; говорят, что любящие супруги со временем становятся похожи друг на друга, как Лужков и Батурина.

Четыре года назад они — Вовочка и жена его Лилия — дали нам с Семеном крупную сумму. В рост, под проценты. Сначала, разумеется, действовали по маленькой, предложили двадцать пять тысяч долларов, просили пятьдесят годовых, грабительские условия, — но нам это было выгодно. Я и Семен держали торговую фирму и отчаянно нуждались в оборотных капиталах.

Через год грянул кризис. Банк, хранивший наши деньги, лопнул. Мы потеряли почти все — но тут опять возник Вовочка, и предложил еще пятьдесят тысяч, на тех же условиях.

Я каждый день благодарил Бога. Миллионы толстого Вовочки спасли мое дело. Работа продолжалась, телефоны звонили. Каждый месяц, тридцатого числа, Семен загружал сумку деньгами и ехал в офис к благодетелю: отдавал проценты.