Суббота Воскресенского

Но он порядочный человек и после развода оставил ей долю в двух компаниях. Ежемесячные перечисления приходили исправно, на них можно было жить. Просто работа заполняла пустоту ее жизни. А что делать? Чем заниматься? Сын вырос. А работа… работа держала в тонусе. Поддерживала самооценку, давала возможность общения и ощущение, что нужен. Да, работа была трудной и часто изматывающей. Но без нее еще хуже. Без нее стало бы невыносимо одиноко. Только так было раньше. Теперь все по-другому.

Перед Полиной наметились три пути: вернуться после декрета в банк, уволиться и быть просто мамой, уволиться и найти подработку для души.

Впрочем, сначала надо родить ребенка. Это самое главное. А все остальное так… философские рассуждения.

Олег вернулся из душа и лег рядом. Матрас под его весом прогнулся. Полина теперь обостренно чувствовала запахи. Многие ее раздражали. Но запах его мужского шампуня нравился. Она протянула руку и дотронулась до мокрых волос.

– Ты ко мне надолго?

– Я к тебе навсегда.

Из Рязани они выехали рано. Погрузили в машину отшитые скатерти и салфетки, аккуратно разместили швейную машинку, в багажник поставили банки с соленьями и вареньями, наобнимались-напрощались и тронулись в путь.

Ариадна обещала вернуться. И она действительно хотела вернуться. Здесь ей было хорошо. Здесь ей было к кому возвращаться. К своей семье.

Дорога до Москвы показалась слишком короткой. На этот раз за рулем был папа. Ариадна смотрела в окно, любуясь открывшимися просторами, и в который раз в голове – «есенинская Русь», потому что по обочинам поля и леса, а в небе яркое, совсем весеннее солнце.

Отец говорил, что Ариадне надо обязательно приехать, когда пойдут ягоды и грибы.

– У нас такая земляника!

И Ариадна представляла себе лесные поляны, усыпанные маленькой душистой красной ягодой. Рай! Он ведь может быть и такой.

– Ты не проголодалась? Хочешь, остановимся?

Перекусили они в одном из придорожных кафе.

Когда доехали до дома, папа отказался от предложения пообедать, сказал, что хочет вернуться в Рязань по светлому и пока дороги относительно пустые. Он помог Ариадне перенести вещи, обнял ее на прощанье, поцеловал в щеку и, сказав, что ждет летом, уехал.