В семь вечера к ней в кабинет заглянул Ольгерд.
– Ты уже закончила?
– Да.
– Тогда, может быть, поужинаем сегодня где-нибудь?
Ей не хотелось где-нибудь ужинать, но еще больше не хотелось оставаться этим вечером одной. Зинон до сих пор не включила мобильник, и можно было предположить, что подруга останется «недоступной» до самого утра.
– Хорошо, дай мне пять минут и…
Она не успела договорить – зазвонил телефон. В тишине кабинета этот звук показался оглушительным и почему-то зловещим. Алиса испуганно посмотрела на Ольгерда.
– Мне взять трубку? – спросил он.
Она кивнула. Ольгерд подошел к телефону.
Это был очень важный разговор. Алиса сразу это поняла по тому, как он напрягся, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих трубку. На том конце провода все говорили, говорили, а Ольгерд лишь кивал.
– Кто это? – Алиса попыталась забрать трубку, но он нетерпеливо махнул рукой, развернулся к ней спиной.
Она запаниковала. Что же там такое случилось? Что заставило невозмутимого и галантного Ольгерда вести себя так некорректно?.
.
– Я все понял, мы уже выезжаем. – Он отложил трубку, нерешительно посмотрел на Алису.
– Что? Кто это был? Куда мы выезжаем?! – спросила она, чувствуя, как ноги наливаются свинцом и колени начинают мелко дрожать.
– Ты только не волнуйся. – Ольгерд взял ее под руку.
Все самые страшные новости начинаются с фразы «ты только не волнуйся» – Алиса была в этом уверена.
– Кто?!
– Зинон. С ней произошел несчастный случай. Она выпала из окна.
Ноги ее больше не держали, Алиса рухнула в кресло, спросила шепотом:
– Она жива?
– Жива. – Ольгерд налил ей воды. – Но состояние очень тяжелое. Нас просили приехать.
– Куда? – Алиса оттолкнула стакан. – Куда ее увезли?
– В Склиф.
К Зинон их не пустили, не помогли ни уговоры, ни деньги. Состояние крайне тяжелое. Пациентка прооперирована и находится в отделении интенсивной терапии. Прогнозы пока делать рано. Вот и все, что им с Ольгердом удалось узнать у врачей. Чуть более разговорчивыми оказались служители правопорядка.
С их слов картина вырисовывалась страшная, просто немыслимая. Зинон выпала или выбросилась – это еще предстояло выяснить – из окна своей квартиры. Зинон жила на пятом этаже, у нее почти не было шансов, но ей повезло, если это можно назвать везением: она упала на «козырек» подъезда и осталась жива.
– От нее за версту несло алкоголем, – сказал мальчишка-милиционер. – В таком состоянии выпасть из окна – раз плюнуть.
