Судьба бастарда

Деревья вдоль центральной улицы, покрытые каплями дождя, выглядели как плачущие стражи, склонившие свои кроны перед тем, кто ушёл. Где-то вдалеке, среди звуков траурного марша, раздался слабый плач ребенка – и этот звук разрезал тишину, как нож.

Император остановился у центрального собора, куда внесли гроб, чтобы совершить последнюю молитву и упокоить в семейном склепе Вайсбергов. Его величество на мгновение закрыл глаза, словно пытаясь удержать в себе всю ту боль, что разрывала его сердце.

– Мы потеряли не просто офицера, – произнёс он, обращаясь к собравшимся.

Его голос, хотя и негромкий, разносился по площади. – Мы потеряли человека, который своей жизнью доказал, что такое честь, что такое верность. С самого юного возраста он честно служил империи. Это был гениальный композитор, изобретатель и храбрый офицер. Мы будем помнить о нём всегда!

Кто-то не выдержал и громко всхлипнул, женщины прижимали платки к лицам, мужчины стояли с каменными лицами, но глаза их блестели от слёз.

Чёрт! Как же больно! Боль прожигала все моё существо, будто тысячи раскалённых игл впивались в самую суть моей души.

В прошлый раз, когда я умер, все было иначе. Быстрее, тише, словно уходил во сне. А сейчас… эта боль, пронизывающая все вокруг.

И всё же я знал: я умер. Без сомнений. Мой дух парил среди мутно-серой хмари, вязкой и тяжёлой, как густой туман, освещаемой редкими далёкими вспышками, словно молнии где-то за горизонтом. Никаких форм, никакого движения, только бесконечное, неосязаемое НИЧТО.

«Я снова здесь, – подумал я.

 – Интересно, это конец? Или судьба опять сыграет со мной свою игру?» В глубине души я хотел верить, что это ещё не финал. Нет, с тем, что я умер, я в общем-то смирился. Как говорится, с кем не бывает. Но пожить ещё было бы неплохо. Очень даже неплохо. Пусть даже ради ещё одного дня, одного мгновения, в котором можно чувствовать, любить, мечтать.

Время здесь текло странно. Или вовсе не текло. Мгновение растягивалось до бесконечности, а вечность могла обернуться лишь секундой.

Я не знал, как долго висел здесь, в этой пустоте, лишённой звуков, запахов, ощущений. Только я и эта бескрайняя серая мгла.

И вдруг… Я почувствовал, как всё меняется. Тело, которого уже не было, как будто снова стало мне принадлежать, но только на мгновение, словно воспоминание о нём. А потом – ужас. Я начал распадаться. Моя личность, мои мысли, воспоминания, то, что делало меня собой, – всё это таяло, растворялось, словно льдинка под безжалостным солнцем.