Балфур сознавал, что переступает все границы, к которым его как благородного человека учили относиться с уважением. Мэлди, может, и умудрена житейским опытом, но во всех прочих отношениях она невинна, и ей, очевидно, пришлось отчаянно сражаться, чтобы оставаться таковой. Обычай требовал, чтобы он относился к ней с величайшим почтением. А вместо этого все его мысли сосредоточились на том, как украсть поцелуй... только бы она не стала громко протестовать и яростно сопротивляться. Несомненно, это было ошибкой с его стороны, подобным способом наверняка не добиться расположения такой девушки, как Мэлди Киркэлди, которая ловко и с завидным постоянством ускользала от него, но в то же время Балфур понимал, что противостоять соблазну выше его сил.
Она прекрасна, она рядом, и он так страстно желал её поцеловать. Желал с тех самых пор, как впервые увидел. Балфуру оставалось лишь надеяться, что за свою страсть ему не придется расплачиваться слишком дорогой ценой.
- Вы заходите слишком далеко, сэр Мюррей, - выдавила из себя Мэлди, толкнув его в грудь.
Девушка выругалась про себя. Она хотела казаться оскорбленной и разгневанной, говорить с ним резко, холодно и непреклонно. Но вместо этого голос Мэлди прозвучал тихо, неуверенно и с легкой хрипотцой. Её упрёк вышел неубедительным даже для нее самой, так же как и попытка оттолкнуть Балфура. Чутье подсказывало девушке, что выкажи она хоть какое-то мало-мальски серьезное сопротивление, Балфур отнесся бы к этому уважительно, но ей никак не удавалось собраться с силами, чтобы изобразить это самое сопротивление.
В действительности Мэлди хотелось вовсе не оттолкнуть его широкую грудь, а лишь провести руками по мягкой шерстяной рубахе, облегающей его тело, и ощутить силу, что скрывалась под одеждой. Девушке была отвратительна собственная слабость, но поневоле приходилось признать, что ей хотелось, чтобы он её поцеловал. И хотелось целовать его в ответ.
Крепко обнимая Мэлди одной рукой, Балфур сжал маленький подбородок большим и указательным пальцами и нежно повернул ее лицо к себе. Мэлди дрожала, словно натянутая струна, но даже сама не была полностью уверена, в какой степени ее реакция вызвана сопротивлением, а в какой – предвкушением. Когда Балфур наклонил голову, внимательно разглядывая Мэлди из-под полуопущенных ресниц, она в последний раз попыталась взять себя в руки, но безуспешно.
