Вместо того чтобы придумать и немедленно озвучить решительный отказ, Мэлди могла думать лишь о том, как жарок взгляд его темных глаз, как длинны и густы ресницы, как чувственно очерчен рот.
Как только Балфур коснулся ее губ, Мэлди осознала, что ускользнуть уже не удастся. Его губы оказались мягкими, теплыми и сладкими. Пришлось признать, что их пьянящий вкус вернее, чем самые прочные железные цепи, мог удержать девушку в его объятиях. Языком Балфур попытался раздвинуть ее губы, и Мэлди, задрожав, приоткрыла их.
Она едва не задыхалась от того, как он ласкал ее рот, но не только этим был вызван ее трепет: Мэлди почувствовала себя так, словно, позволив Балфуру завладеть ее ртом, она тем самым позволила всем его чувствам войти в нее... и поняла, что боялась не напрасно. Не только ее собственное желание, но и то, которое испытывал Балфур, полностью овладели ею, подпитывая друг друга. В то время как страсть Мэлди росла, наполняя ее и лишая способности мыслить, его вожделение, казалось, перетекало в нее, обостряя все чувства.
Ощущение было почти пугающим, но Мэлди так страстно желала этого мужчину, что желание взяло вверх над страхом, нетерпеливо вытеснив его прочь."
"Стоило Балфуру оторваться от ее губ, как Мэлди ухватилась за него, протестующее застонав. Затем он прикоснулся поцелуем к нежной шейке, и девушка вздрогнула от наслаждения. Мэлди откинула голову, позволив Балфуру беспрепятственно покрывать поцелуями ее горло, и теснее прижалась к нему. Его теплые губы коснулись бьющейся жилки на шее, и, ощущая разливающийся по телу жар, девушка едва могла вздохнуть.
Балфур большими ладонями осторожно поглаживал Мэлди по спине, бокам, а затем, нежно обхватив ее сзади, еще крепче прижал к себе. Мэлди ощутила его отвердевшую плоть и услышала свой собственный тихий стон. Она инстинктивно потерлась о него, наслаждаясь своими ощущениями и вызывая в нем ответную дрожь. Оба тяжело дышали, будто только что пробежали несколько миль, и Мэлди понимала, что этот поцелуй уже завел их туда, где нет места рассудку и здравому смыслу.
- Ты такая сладкая, - низким хриплым голосом проговорил Балфур, покрывая поцелуями нежные очертания ее скул.
Мысленно он обругал себя за неловкие слова. За те чувства, что она ему подарила, Мэлди заслуживала много большого: стихов, которые бы и камень заставили плакать. Но даже обладай он талантом поэта, подумалось Балфуру, сомнительно, что он смог бы его сейчас применить.
