Судить буду сам

Прижимая руки к груди, она о чем-то молила бандита, однако тот, грубо оттолкнув ее, запихнул в свою «девятку» хозяина дома, и авто снова куда-то помчалось. Не включая даже ближнего света, на одних подфарниках Вадим погнал следом свою машину.

– Дядь Федь, кажется, я все понял… – пригнувшись к рулю и всматриваясь в едва различимую дорогу, хохотнул он. – Здешние парни что-то такое про них говорили. В общем, эти скоты придумали идеальную «крышу» для своего «бизнеса». Похоже, они устроились коллекторами – вышибалами долгов в криминальный банк.

Вот, как тот же «Добрый кредит». Не слышали о таком? Да он уже давно в наших краях промышляет. В общем, ситуация такая. Эти пройдохи кредит сначала сами навяжут, типа, бери, родной, для тебя ничего не жалко. Пишут соглашение, там указано, что – никаких комиссий, никаких штрафов и тому подобного. Срок погашения – лет десять, процент и вовсе смешной. А полгода спустя к тому, кто на это клюнул, приходят такие вот бандиты и объявляют, что на самом деле процентная ставка – семьдесят процентов, срок погашения – два года, пеня за каждый день просрочки – пять процентов.

– Интересно, а как же соглашение? – удивленно спросил Евгений.

– А эти коллекторы показывают лоху ме-е-е-леньким таким шрифтом напечатанное дополнение под основным текстом. А там черным по белому сказано: кредитор имеет право самостоятельно менять условия предоставления кредита, не уведомляя об этом заемщика, – пояснил Вадим.

 – Я вот знаю, у нас в Наковальском уже несколько семей меняло свои квартиры на меньшие с доплатой, чтобы вырваться из этой кабалы. А в самом Меднореченске уже есть и те, кто с детьми пошли бомжевать.

– Ну, так это же настоящее мошенничество! – хлопнув себя по коленкам, сердито хмыкнул Романцов. – А они в суд обращались?

– А толку? Во-первых, у нас законы очень добренькие к таким вот уродам. А во-вторых… Знаете, кто реальный хозяин «Доброго кредита»? А-а-а… Не угадаете! Это не кто иной, как господин Рогалин, сынок которого занимается уголовщиной.

А Рогалин, само собой, большая шишка в областных верхах. Кто ж у нас посмеет – хоть суд, хоть прокуратура – встать у него на пути?

– Ничего, сейчас разберемся с этими двумя отморозками, а потом… Потом Рогалину станет не до грабежа! – на лице Федора промелькнула суровая улыбка. – Смотри-ка, рулят в безлюдные места.