Сухарева башня

Докурив папиросу, он подошел к хозяину, который потерял сознание, перетянул ему простреленную ногу ремнем от ружья и принес из дома одеяло, чтобы раненый не замерз.

Потом приехали Логинов с Назаровым и Келлером, которые привезли врача, и Опалин рассказал им о случившемся. Про Авилова он упоминать не стал, а сказал, что подозревал Жукова и следил за ним. Валя Назаров таращился на Опалина с таким изумлением, словно по-настоящему разглядел его впервые, и даже опытный Петрович, казалось, находился в затруднении.

Потом было много возни, приехали «скорые», забрали раненых и убитых, а из города прибыли агенты Твердовского, которые должны были помочь организовать новую засаду в доме шайки. А потом наступил вечер.

– Терентий Иванович, – сказал Логинов, волнуясь, – это неописуемо. Простите… я просто не могу подобрать другого слова. Он никого не слушает. Попер в одиночку на опаснейшую шайку… Ладно, ему повезло, но ведь его же чуть не убили! Ей-богу, я уже отчаялся. Объясните хоть вы ему, что так нельзя…

Бруно Келлер сидел насупившись, и хотя он не говорил ни слова, по его лицу Логинов видел, что немец с ним не согласен.

«Не надо было брать его к Филимонову, – подумал Петрович с неудовольствием, – зря я это сделал». Он сознавал, что неважно умеет командовать людьми, и это царапало его самолюбие, хотя сам он был уравновешенный, объективный и вполне справедливый человек.

– А вы как считаете, Бруно Карлович? – осведомился Филимонов со старомодной учтивостью.

Немец не стал тратить время на предисловия и сразу приступил к сути.

– Я считаю, что Опалина надо наградить, – заявил он. – Хотя бы за то, что мы нашли в доме. Во-первых, теперь мы знаем, что члены шайки, Прохор Аничкин и Игнат Лыскович, по поддельным документам устроились на железную дорогу. Во-вторых, поезд, который пойдет через три дня, а должен был пойти сегодня…

– Бруно! – Логинов аж дернулся. – Вот как раз насчет поезда я хотел бы поговорить особо. Дело в том, что… боюсь, он не в нашей компетенции.

Совсем. Потому что поезд, о котором идет речь, – это… это особый состав, который пойдет за границу. С ним едут несколько наших торговых представителей, но главное – два вагона с золотом и ценностями. И… вы сами понимаете, что это значит.

В кабинете повисло напряженное молчание.

– Вы уверены, что правильно определили поезд? – наконец спросил Филимонов, потирая висок, словно тот внезапно заныл.

Логинов пустился в путаные объяснения.