Сухарева башня

Он скользил по тонкой грани между авторитарностью и шутовством – и, как видел Авилов, наслаждался своей ролью. Двое бандитов угодливо захихикали. Еще двое отправились за бильярдным столом, пятый маячил за спиной игрока. Нож был у Авилова за голенищем и, если бы речь шла только о нем, он зарезал бы Лариона и попробовал сбежать; но он не мог оставить свою Олю с этими людьми, сколько бы она ни твердила ему, что той Оли больше нет. Боком в узкий проем внесли стол и поставили его, потом кто-то отправился за керосиновыми лампами, а кто-то принес шары и прочие бильярдные принадлежности, включая мел.

По его виду Авилов сразу понял, что Стрелок не соврал, когда сказал, что любит баловаться игрой.

– Ты так и будешь играть в шубе? – поинтересовался Ларион.

Признав его правоту, Авилов разоблачился и одернул манжеты.

– Тут на столе крошки, – сказал он, внимательно осмотрев зеленое сукно, – их надо убрать.

– Серьезный человек, – пробормотал Стрелок, натирая мелом кий, и повернулся к лежащей женщине. – Не пойму, как ты его на меня променяла.

– Ты же знаешь, что ты настоящий мужик, а он так, – ответила она, вспыхнув. Ларион вскинул брови, как будто услышал нечто, заставшее его врасплох, и отвернулся. Лицо у него было подвижное, как у актера, и в точности как у актера выражало вовсе не то, что он действительно думал или чувствовал. Шрам сбоку на шее шевелился всякий раз, когда он поворачивал голову; говорили, что кто-то когда-то пытался перерезать ему горло, но не успел завершить свое дело. Этот высокий брюнет, чисто выбритый, с тонкой талией и косой саженью в плечах, мог показаться медлительным, когда хотел, и мог даже изобразить тугодума – но крайне опасно было бы доверять подобному впечатлению.

На нем был черный свитер (Авилов впоследствии задавался вопросом, не связала ли его Оля), а штаны галифе и высокие сапоги придавали ему молодцеватый, полувоенный вид. Красавцем его, пожалуй, нельзя было назвать, но женщинам он нравился. Когда он ходил вокруг стола, Оля (даже в мыслях Авилов не мог называть ее Сонькой) жадно следила за каждым его движением. Но вот партия кончилась: игрок завершил ее чрезвычайно эффектным ударом и, само собой, выиграл. Ошеломленные бандиты молчали. Они достаточно разбирались в бильярде, чтобы понимать, что Авилов показал класс, и в то же время явно опасались гнева своего главаря. Но по лицу Стрелка даже не было заметно, что он как-то задет.

– Что ж, молодец, – уронил он раздумчиво. – Без дураков… Слон! Отдай ему лопатник.