– Я была смущена, полна гнева и отчаянья. Я ничего не могла тебе дать.
В ответ я приподнял подбородок, но промолчал.
– Но другая часть меня боялась, что я променяю одно насилие на другое, – объяснила она. – То, как ты меня принуждал, давил на меня, не оставлял в покое, когда я просила об этом… Пытался меня напугать.
Мой взгляд дрогнул, пока слушал ее. Я никогда не был жестоким. Немного избалованным и дерзким, но никогда не хотел причинять ей боль.
Она опустила глаза и сделала глоток.
– Эта мысль покинула меня так же быстро, как и пришла, – добавила она, – потому что я хотела тебя и в глубине души так крепко держалась за надежду.
Мне это было нужно. – Она снова подняла взгляд. – Но теперь мне интересно, была ли права. И вот я снова вся в синяках. Может, твой мир такой же ужасный, как и мой.
Я покачал головой, но любое несогласие, которое хотел выразить, застревало в горле.
– Чего ты хочешь от меня? – спросила она, как будто Эйдина и Алекс не было в комнате.
А потом задала вопрос более жестким тоном: – А? Чего ты хочешь?
Алекс опустилась позади нее, выглядывая через ее плечо. Две женщины сидели напротив, бросая нам вызов.
– Кто меня сюда привез? – спросила Эмми. – Кто думал, что я должна быть здесь с тобой? Может быть, Дэймон? Майкл?
– Может, это был кто-то, кто тебя ненавидит? – парировал я. – Твой брат?
Она колебалась.
– Почему сейчас?
Я хмыкнул, приподнявшись, чтобы вытереть кровь, капающую с верхней губы.
– Думаю, ты знаешь почему.
Мы обменялись взглядами – она знала, о чем я говорю. Она была его слабым местом. Единственным человеком, который знал, что они сделали, чтобы отправить меня и моих друзей в тюрьму.
– Это место стоит денег, – заявила она.
– У его новой жены много денег.
Но так ли это? Я никогда ее не встречал.
Но она продолжала.
– Он сэкономил бы деньги и убил меня, если бы действительно думал, что я представляю угрозу.
– Стал бы он так делать? – возразил я.
– В своей голове, уверен, он думает, что любит тебя. Как Гумберт Гумберт. – Я пожал плечами. – Возможно, он хочет преподать тебе урок. Заставить страдать.
К моему удивлению, в ее глазах промелькнуло веселье.
– Потому что он меня так любит, верно?
Типичный абьюзер. Он никогда не ненавидел ее, точно так же как мама Дэймона никогда не ненавидела его, и никто из нас не ненавидел Рику, когда мы крали все ее деньги, похищали ее маму и сжигали ее дом.
