Извращенный разум видит только собственные намерения, и все, что они сделали, и все, что мы сделали, оправдало конечный результат.
Путь к тому, кем мы хотим быть, в лучшем случае тернист. Поступки находили оправдание, потому что все мы были жертвами в нашей истории.
– Нет никого, кого мы заставляем страдать больше, чем тех, кого мы любим, – вмешался Эйдин.
Его рука лежала на моей, наши кулаки терлись друг о друга, пока мы пытались освободиться, но я смотрел на Эмми, на ложбинку ее груди и оливковую кожу ее подтянутого живота и почти чувствовал ее в своих руках.
Она была так близко. Ты все еще хочешь удержать меня? Я усиленно моргал, пытаясь игнорировать давление в паху.
– Хотите узнать, что я сделал, чтобы попасть сюда? – спросил ее Эйдин. – Что я натворил?
Эмми наблюдала за ним, и, несмотря на прохладный воздух, на моей шее и груди образовалась испарина.
– Я отказался… жениться, – ответил он. – Вот и все.
Алекс уставилась в пол и выглядела так, будто хотела оказаться в другом месте.
– И я могу выйти отсюда в любое время, когда захочу, – продолжил Эйдин. – Как только соглашусь.
На самом деле я не знал об этом, но это ничего не меняло. Я слышал об Эйдине еще до того, как приехал сюда. Он часто бывал в Меридиан-Сити, и мы пересекались в одних клубах и на вечеринках, хотя никогда не встречались.
– Вы думали, я кого-то убил? – он дразнил Эмери. – Возможно, трахнул свою сестру?
Может, из всех нас его послали сюда по самой незначительной причине, но он был способен на большее, потому что понимал людей почти сразу при встрече.
Так случилось с Рори, Микой и Тэйлором.
– Моя будущая жена красивая, умная, она из правильной семьи, – сказал он. – Тщательно подобранная, идеальная супруга и мать, вокруг которой могу построить свою жизнь. И я был полностью готов к этому… до одной ночи.
– Художница… – сказала Эмми.
Я поднял глаза, смотря на них и видя, как он кивает.
Художница? Откуда она об этом знала?
– Что она сделала? – спросила Эм."
"Он смотрел на женщин, и я проследил за его взглядом.
И Эмми, и Алекс выглядели такими красивыми, что я почувствовал, будто снова сижу в своей старой комнате в доме родителей, уютно устроившись в кровати, когда утренний свет нагревает простыни.
– Это, – ответил он.
Подбородок Алекс упирался в плечо Эмми, и она скользнула пальцами по обнаженной талии, лаская ее.
– Это? – усмехнулась Алекс.
Эйдин и Алекс уставились друг на друга не моргая. Пульс на моей шее учащался.
