Надеюсь, хоть слезу пустить не успела.
— Чё сидишь? Собирайся, пойдём, — произнес я нарочито командирским голосом, складывая в мамину корзину всё, что было на столе.
Пиво, так уж и быть, понесёт Сонька.
— Куда пойдём? — светлые глаза шокировано посмотрели на меня снизу вверх.
— Выпускной тебе делать, — бросил я, не глядя на неё. — Набухаешься, как нормальная выпускница. Рассвет встретишь, поссышь в кустах, поблюёшь в них же. Веселуха!
— Вы… ради меня?! — вот теперь её глазки загорелись так, как мне и хотелось изначально.
— Матвей, вы…!
— Мы, — кивнул я. — Собирайся. С тебя пиво.
— А куда мы пойдём?
— На берег, конечно. Костёр, палатка, все дела…"
"Дальше последовал непереводимый бабский писк, после которого с виду хрупкие девичьи руки обхватили мою шею так крепко, чтобы точно придушить в знак благодарности.
— Спасибо! — верещала Сонька в самое ухо.
— Пиво, Сонька. Пиво, — напомнил я ей, пытаясь с себя стряхнуть.
Глава 33. Матвей
Никогда бы раньше не подумал, что обычный костёр, разведенный на берегу реки, способен превратить городскую неженку в первобытного человека, впервые увидевшего огонь.
Я не услышал от Соньки ни одного внятного слова. Она ходила вокруг костра и пялилась на него, как на чудо чудное, диво дивное. Какие-то вопли, конечно, исходили от неё. Но это что-то вроде «У!», «О!», «ОУ!».
Небогато.
Пожалуй, раскладывание палатки-лягушки отложу немного на потом. Сейчас она насмерть может охренеть. Пусть от костра для начала отойдёт.
Во всех смыслах.
— Волосы сейчас спалишь, — пришлось поймать девчонку за руку и немного оттащить от пламени.
Она поймала пальцы моей правой руки и зажала их между своими чуть прохладными ладонями. И так и застыла, неотрывно глядя на огонь и рыжие искры, улетающие в небо.
Немигающий взгляд широко распахнутый глаз был полностью сконцентрирован на ярком пламени. Казалось, всё её сознание поглощено тем, как практически призрачные языки согревают прохладный вечерний воздух своим танцем.
Глядя на Соньку сверху вниз, беззвучно хмыкнул, вспомнив свой выпускной.
Меня почти так же у костра держала девчонка за руку, весь вечер намекала на бурное продолжение в палатке, но напилась и в самый ответственный момент вместо поцелуя заблевала мне футболку.
А потом грустный девственник стирал в холодной реке одежду.
— Он завораживает, — выдохнула Сонька едва слышно.
— Это просто костёр. Надень толстовку. Простынешь.
